Английская группа The Subways, после концерта в Tele-Club, провела в Екатеринбурге два дня: музыканты гуляли по Плотинке, фотографировались у памятника Ленину, ходили в Храм на Крови и кидались снежками на набережной Исети. Перед игрой в боулинг с фанатами, «It’s My City» удалось узнать у ребят, кто станет продюсером их четвертого альбома, как часто вокалист группы меняет цвет своих волос и где лучше не умирать.
IMC: Билли, ты часто говоришь о том, что ваш последний альбом сильно отличается от первых двух. В чем отличие лично для тебя?
Billy Lunn: Для нашего последнего альбома «Money & Celebrity» я впервые написал сначала тексты, а потом уже мы вместе стали работать над музыкой. С первыми двумя пластинками все было наоборот. Во время работы над третьим альбомом, я много времени провел дома, сидя перед телевизором и наблюдая за тем, что происходит в мире, а также, как это все влияет на мою семью и друзей – и все песни я написал, основываясь на этих наблюдениях. Кстати, интересная история связана с тем, как появилась композиция «We don’t need money to have a good time». Несколько моих друзей в этом году потеряли работу. И вот как-то раз вечером мы пошли вместе выпить а бар, правда, посидели мы недолго, потому что у некоторых ребят просто не было денег. Перед самым уходом, один из них повернулся ко мне и сказал: «Не волнуйся, Билли, нам не нужды деньги, чтобы отлично провести время!» В ту секунду я сразу понял, что должен написать об этом песню! Это как раз и был первый раз в моей жизни, когда я пришел домой и написал текст без музыки. Думаю, что именно поэтому последний альбом получился другим: очень лиричным и мелодичным. Впрочем, и наши обычные веселые панк-рок песенки там можно найти.
IMC: А если рядом нет друзей и некому подсказать идею для новой песни, тогда как все происходит?
Billy Lunn: Вообще, часто все происходит посреди ночи: я просыпаюсь, хватаю телефон, пою что-нибудь, записываю это и снова засыпаю. Утром я нахожу эту запись, и обычно слышу что-нибудь ужасное, но иногда бывают и интересные идеи. А еще у меня всегда есть с собой блокнот, когда я смотрю телевизор, когда разговариваю с кем-то, иду по улице. И если случайно проскальзывают интересные идеи, я сразу же их записываю. Обычно это просто небольшие зарисовки, я никогда не пишу сразу целый текст от начала до конца, и я никогда не придумываю первую строчку, а потом пытаюсь просто подогнать под нее рифму во всех последующих. Я обсуждал однажды процесс написания текстов с другими авторами, и знаешь, мы все пришли к выводу, что только месяцев через 5-6 после записи альбома, до нас наконец-то доходит, в чем истинный смысл той или иной композиции. Мы вдруг осознаем почему мы написали такие песни! Ты настолько увлекаешься процессом, что просто не понимаешь сам свою идею. Иногда мои песни удивляют меня также сильно, как и всех слушателей.
IMC: Кстати, кажетсястранным, что на последнем альбоме появилось так много веселых песен, если ты вдохновлялся тем, что смотрел все время телевизор.
Billy Lunn: Это точно! Но знаешь, мы ведь очень позитивные ребята. И в абсолютно каждую композицию я пытался вложить следующий смысл: сегодня мало что хорошего происходит в мире, но несмотря на это, мы рядом с любимыми и друзьями, и вместе мы можем все пережить. Мы правда ребята, которые в это верят. Даже когда все плохо, мы редко грустим, ведь нам сильно повезло в жизни: у нас есть возможность путешествовать по всему миру, выступать. Посмотри, мы даже добрались до России, и если честно — это одно из самых удивительных приключений, которое у нас когда-либо было! Поэтому, даже когда я пишу о серьезных вещах, я все равно пытаюсь делать это весело, чтобы в итоге получалась радостная музыка, под которую люди могли бы прыгать.
IMC: А как часто ты слушаешь свои старые песни и думаешь, что они ужасны?
Billy Lunn: Постоянно! Такое бывает с каждой песней. Как автор и как музыкант ты относишься к тому, что делаешь всегда очень критично. Ты, и только ты, всегда первый человек, который понимает, почему та или иная песня плохая. И ты начинаешь ее менять. Первый раз, когда мы слушаем новые композиции в записи, то всегда думаем, что они ужасны! Но со временем мы прислушиваемся и начинаем их любить. Обычно тогда у меня появляется мысль: “Вероятно, они не так хороши, как могли бы быть, но они показывают то, какими мы были и что мы чувствовали, когда писали их”. Young for Eternity”, “Rock’n’Roll Queen” — они могли получиться только такими, потому что именно так я чувствовал, когда писал их. Ведь в четырех коротких строчках “Rock’n’Roll Queen” - для меня заключена целая история из жизни.
IMC: Я знаю, что вы над всеми своими альбомами работаете с очень известными продюсерами. Вы специально это делаете, чтобы привлечь к себе больше внимания?
Billy Lunn: Я думаю, что мы работаем с известными продюсерами, потому что нам просто везет, и они сами хотят записывать с нами альбомы. Это настоящая удача, что наш первый альбом продюсировал Ян Брауди (Ian Broudie), а второй — Буч Виг (Butch Vig) — парень, который работал над пластинкой Nirvana “Nevermid”. А Стефен Стрит (Stephen Street), с которым мы записывали “Money & Celebrity”, работал над пластинками The Smiths и Blur. Обычно все происходит следующим образом: как только мы записываем демо с новыми песнями, мы садимся вместе и думаем о самом крутом продюсере, с которым нам бы хотелось работать, а потом мы ему посылаем песни! Когда мы записали все композиции для третьей пластинки, я сказал ребятам, что продюсером должен стать Стефен Стрит. И когда был готов демо-диск я отдал его нашему менеджеру и сказал: “Первый человек, которому ты передашь этот диск, должен быть Стефен”. Уже через неделю он позвонил мне и сказал: “Мне нравятся ваши песни, пора выпускать новый альбом!” В работе с продюсером нам прежде всего важно, чтобы человек был в гармонии с собой, чтобы у него было отличное чувство юмора и чтобы у нас были схожие интересы, ведь работать в студии иногда очень сложно. Нам нравится быть расслабленными, а не напряженными, только так можно сконцентрироваться на том, что мы делаем. У всех продюсеров, с которыми мы имели дело, отличное чувство юмора, и они любят футбол. Впрочем, если говорить о нашем следующем альбоме, думаю, что его продюсированием займусь я сам.
IMC: Почему? Часто приходится менять что-либо в песнях, потому что вашему продюсеру они не нравятся?
Billy Lunn: Да, в работе с каждым из трех продюсеров у нас случались подобные вещи. У человека, который не в группе, обычно совершенно другие идеи и видение песен. Пару раз было даже так, что продюсер просил нас включить в альбом песню, которая мне ужасно не нравилась. Впрочем, мы ведь всегда осознанно соглашались на работу с ними, поэтому мы делали то, что нас просили, и обычно это было как раз верным решением. Но сейчас я чувствую, что мы готовы к самостоятельной работе, мы можемпринимать решения о том, какие песни мы должны писать, как они должны звучать, какие в них должны быть слова и мелодии.
IMC: Вы очень близки друг с другом: ты и Джош — братья, и ты, Билли, когда-то встречался с Шарлоттой. Такая близость помогает в работе или, напротив, все время приходится идти на компромисс?
Charlotte Cooper: Если честно, то мы редко относимся к тому, что делаем, как к работе. Я правда люблю писать музыку, выступать и здорово, что я делаю это с людьми, которых давно знаю. Я не могу представить свою жизнь без Билли, Джоша и музыки.
Josh Morgan: Иногда мы попадаем в стрессовые ситуациях и тогда то, что мы так близки, сильно помогает пережить все проблемы. Например, Билли — мой брат, и я просто не могу повернуться к нему спиной, когда что-то идет не так или даже, когда мы не согласны друг с другом, мы не можем просто разругаться и все бросить. Мы всегда, так или иначе, приходим к общему мнению. И также с Шарлоттой, мы ведь с ней лучшие друзья.
Billy Lunn: Каждый раз, когда он пытается повернуться ко мне спиной, я обычно кричу ему: “Повернись и посмотри на меня, черт возьми!”
Josh Morgan: Ах, да это одно из наших основных правил: к Билли нельзя поворачиваться спиной. Он как королева, и ты не можешь отвернуться от него, если находишься с ним в одной комнате.
IMC: Когда вы были детьми, это правило тоже действовало?
Billy Lunn: Мы очень много дрались, когда были детьми, разве не так, Джош? Впрочем, обычно это были мы с ним, которые вместе избивали других ребят, и только иногда друг друга. Обычно из-за футбола. Кстати, раньше многие принимали нас за близнецов. Радостно, что теперь они перестали это делать. А все из-за того, что у него растет борода, а у меня нет.
IMC: Да, и еще у Джоша не такой экстравагантный цвет волос.
Billy Lunn: Это точно. Но я не могу с этим ничего поделать, ведь я родился с голубыми волосами.
Josh Morgan: Кстати, вчера ночью, в клубе “Олени”, где мы были, незнакомые девушки все время гладили мою бороду и говорили, какой я милый и красивый, а я им все время отвечал: “Пожалуйста, не трогайте меня и мою бороду. Я хожу с ней не для красоты, а просто потому, что мне лень бриться! И она ужасно пахнет!” Но, кажется, они не понимали меня.
IMC: А как ваши родители относятся к тому, что вы оба играете в рок-группе?
Billy Lunn: Нашим с Джошем родителям это безумно нравится! На самом деле, они нам сильно помогали в самом начале. Родители Шарлотты, кстати, тоже. Ее мама и папа арендовали машину для нашего первого тура.
Charlotte Cooper: Это правда! Они и до сих пор помогают. Например, папа Джоша и Билли ездит с нами в тур — он один из наших техников. Для нас важна поддержка семьи и друзей, и наши самые любимые выступления — это выступления дома, когда все близкие приходят.
IMC: Когда они приходят, то тоже носятся по кругу и прыгают в слеме?
Charlotte Cooper: Мой кузин делает это! Он всегда находится в самом центре круга, машет нам из зала и кричит: “Привет!”. Это очень забавно.
IMC: Кстати, Билли, если говорить серьезно, как часто ты меняешь цвет волос, и почему в этот раз он голубой?
Billy Lunn: Я меняю его по традиции каждый тур. В прошлый раз, когда мы были на гастролях, мои волосы были ярко-красными. В этот раз они голубые. Я выбрал этот цвет, потому что не был до конца уверен на счет зеленого. Я подумал и решил, что голубой не такой яркий, как зеленый и, к тому же, он очень зимний, что подходит под вашу погоду. Думаю, что к следующему туру я все-таки решусь на зеленый. Хотя больше всего я хочу покраситься следующим образом: выкрасить все волосы в ярко-фиолетовый и сделать несколько серебряных прядей. Я буду выглядеть как супер герой! Ребята, как думаете, на кого я буду похож?
Charlotte Cooper: Возможно, на X-Men!
IMC: Или на сумасшедшего!
Josh Morgan: Да, сумасшедший — это более подходящее слово!
IMC: Билли, ты на каждом шоу прыгаешь в толпу?
Billy Lunn: Да! Всегда и везде! Я обожаю это! Первое, что я делаю, когда захожу в новый клуб — ищу место, откуда я мог бы спрыгнуть и умереть! Как только мы попали в Tele-Club, я сразу увидел этот балкон и решил, что это идеальное место.
IMC: То есть для тебя действительно каждое шоу может стать последним?
Billy Lunn: Да, именно так! Я всегда думаю до выступления о том, что именно сегодня моя жизнь может закончиться на сцене. Или за сценой. Хотя, это очень грустно умереть за сценой.
IMC: Как поется в одной из ваших песен, “вам не нужны деньги, чтобы отлично проводить время”. Как вы больше всего любите проводить время без денег?
Billy Lunn: На самом деле, самый лучший способ проводить свободное время без денег, это когда на тебе совсем нет одежды. Надеюсь понятно, что сейчас я говорю про секс? Ну а если мы говорим о том времени, когда ты в одежде...Ох, я только что понял, насколько пошло это прозвучало! Но все же, если это не секс, то я бы сказал, что больше всего я люблю собирать своих друзей вместе, потому что когда тебя окружают любимые люди, вместе вы всегда найдете способ повеселиться, ну и, конечно, вместе можно просто пойти в паб и выпить!
IMC: Все-таки здорово, что когда ты встречаешься с друзьями или идешь на интервью, ты не забываешь про одежду!
Billy Lunn: Да, Джош постоянно напоминает мне, когда мы выходим из дома или номера отеля, что я обязательно должен что-нибудь на себя надеть.
IMC: Шарлотта, а твой способ повеселить?
Charlotte Cooper: На самом деле, Билли назвал самый лучший способ!
IMC: Какой именно? Секс? Или друзей?
Charlotte Cooper: Друзей и пабы. И секс! А вообще я очень люблю бегать, и для этого тоже не нужны деньги. Я люблю пробежки, потому что это ведь так просто: надел кроссовки, вышел на улицу и побежал.
Billy Lunn: Кстати, Джош, ты не думаешь, что Шарлотта уж очень сильно любит бегать?
Josh Morgan: Через чур сильно! Она бегает всегда и везде, и несмотря на то, что бегать обычно полезно для здоровья, в ее случае это может быть опасно! Кстати, что касается моих развлечений, боюсь они незаконны, поэтому я не буду распространяться.
Billy Lunn: Я бы даже сказал, именно поэтому мы и не тратим особо деньги на развлечения, чтобы в крайнем случае внести залог за Джоша.
It`s My City 
