Игры престолов: «Серый дом»
Начало сентября – старт нового политического сезона, который на самом деле бесконечен (в политике не бывает пауз) и лишь прерывается на отпуска многочисленных бюрократов. Для Екатеринбурга, где активность горожан бьет рекорды провинциальной России, политический сезон – это не только совещания в графиках депутатов, министров и их помощников, это значительная часть новостей всех форматов. «It’s My City» запускает публицистический мини-сериал: журналист Михаил Вьюгин рассказывает о центрах власти, в которых сосредоточена политическая жизнь региона. Почти как в популярной фэнтези-саге, обитатели четырех уральских «домов» живут в постоянной борьбе, плетут интриги и развязывают войны с единственной целью – получить побольше власти в Екатеринбурге и всей Свердловской области. Первая часть – о жизни «серого дома», мэрии: кто здесь настоящий хозяин, правда ли, что немецкие рабочие спрятали свастику на фасаде здания, куда пропадают статуи с крыши и почему обитатели ратуши – самые надменные чиновники Урала.
«СЕРЫЙ ДОМ», МЭРИЯ ЕКАТЕРИНБУРГА
Центр городских новостей, безусловно, — здание мэрии Екатеринбурга на площади 1905 года, чистый сгусток муниципальной власти и управленческой энергии, место, где принимаются все основные решения. У этого здания свое положение в городском фольклоре: кто-то помнит, что статуй на крыше было больше, кто-то видел снятые фигуры у друзей на даче. Самая фантастическая версия гласит, что на задней стороне герба РСФСР, висящего над входом в мэрию, была фашистская свастика. Якобы так в 1947 году пошутили строители администрации – немецкие военнопленные (среди которых едва ли не личный пилот Гитлера). И больше полувека все решения принимались под символом нацизма.
Установить справедливость этой фантазии невозможно: при демонтаже старый гипсовый герб развалился в пыль, и единственный факт мы знаем из городского журнала «Екавери», утверждавшего, что за гербом нашли самодельную ложку военнопленного.
Построенная в форме замкнутого четырехугольника, горадминистрация вполне самодостаточна: здесь три столовых, буфеты, у каждого входа – свой гардероб, масса лифтов, с десяток залов для разных мероприятий. В поворотах, закоулках мэрии можно проводить часы; иной раз кажется, что даже сами чиновники не знают, что именно скрывается в их офисе: залы с высоченными потолками комитета по товарному рынку никак не похожи на обычные советские – со стороны Банковского переулка, а пятый этаж центрального здания, где работает управление образования и комитет по управлению городским имуществом, ничем не похож на третий, где расположены кабинеты сити-менеджера и его заместителей.
Серость – только в топониме, по степени пестроты и смешения всего горадминистрация — чистая копия самого Екатеринбурга
Все это объединено искусственно, то ли по воле архитектора, то ли тех городских начальников, при которых строилось и достраивалось. Но в результате получилась именно та мэрия, что у нас есть и что названа в политических кругах «Серым домом». Серость – только в топониме, по степени пестроты и смешения всего горадминистрация — чистая копия самого Екатеринбурга. Эдакий маленький город в самом центре города.
В здешних коридорах всегда многолюдно (за исключением третьего этажа центральной части здания: там, где истинная власть – звенящая тишина), а время проходит в постоянном ожидании. Кто пережил очереди в налоговой, сможет понять это чувство: в горадминистрации ты только и делаешь, что ждешь приема, и принимающему тебя – всегда некогда.
Когда у режиссера Николая Коляды были первые проблемы с помещением под театр, прежний мэр Аркадий Чернецкий предложил ему взять один из актовых залов – тот, где городской голова принимает сотни выпускников школ. Со стороны мэрии это был щедрый подарок, который можно было трактовать лишь как признание заслуг. Но Коляда отказался. «Как ты можешь представить мой театр в мэрии?» — отвечал вопросом на вопрос драматург, когда его спрашивали о причинах такого решения. И был совершенно прав.
Чернецкий признает: вице-мэры – честные люди, а вот их подчиненные не прочь подзаработать
Все от того, что переступая порог мэрии, какую бы дверь для этого ни выбрал, попадаешь внутрь колоссальной бюрократической машины, без согласования с которой ничего крупного в городе не происходит. Бехатоновая плитка – мэрия, плакаты к новому городу, 9 мая и «Иннопрому» в каждом магазине и киоске — мэрия, новые маршрутки – мэрия, стройка во дворе – мэрия. Какой уж тут театр?
Вся власть собрана в одном месте и физически, и политически, что не может не сказываться на поведении местных служащих.
Начальники в мэрии – самоуверенны, при встрече сразу дают понять, кто тут просто человек, а кто – знает все и круглосуточно несет на себе бремя заботы о городе (ну, или, по крайней мере, делает вид, что заботится именно об этом). В контактах с другими центрами власти «городские» всегда были надменны, а после того, как областные коллеги деградировали – еще чаще стали вести себя, как обладатели сверхзнания, с единственным аргументом: Екатеринбург – лучший из провинциальных городов страны, это сделали мы, значит, мы знаем все.
Начальники в мэрии – самоуверенны, в контактах с другими центрами власти — всегда надменны
Почти неизменный состав начальников, правда, приводит к проблемам, из-за которых мэрию недолюбливают. Тот же Чернецкий признает наличие в мэрии среднего и низшего звена коррупции: это когда вице-мэры (ныне заместители сити-менеджера) – честные люди, а вот их подчиненные не прочь подзаработать.
Примерную схему описал один знакомый застройщик: «Вице-мэр по строительству просматривает 10% своей почты, остальное – главный архитектор. Но и он не может переварить весь объем, решения готовит аппарат, не меняющийся десятилетиями. Там сидит человек, который знает, что [главный архитектор города Михаил] Вяткин из папки бумаг просматривает первые три, а остальные подписывает не глядя. И ему формируют почту: сначала что-то важное, спорное, а потом что угодно – вплоть до согласования на точечную застройку. На таких связях держится много мелких строителей, и этого чиновника из аппарата не переиграть: он пролоббирует то, что ему нужно, а иное решение просто завязнет. ВГ не поможет», — рассказывает знакомый, подразумевая под «ВГ» заместителя сити-менеджера Владимира Георгиевича Тунгусова.
Лет десять назад, когда пошли первые разговоры, что он и есть настоящий хозяин города, даже партнеры Тунгусова по бизнесу закатывали глаза и обвиняли журналистов в незнании предмета – хозяином был мэр, а его заместитель – серым кардиналом (что весьма эффектно сочеталось с неофициальным названием самой мэрии – «серый дом»). Но теперь этот тезис никто и не оспаривает. Хозяин именно Владимир Тунгусов, и он уже готовит нового формального управляющего, который будет заседать в памятнике архитектуры в следующие восемь лет.
Фотографии - http://ural-nedvigimost.ru/
It`s My City