В поисках Насти

«Мамина помада, сапоги старшей сестры» - эти строки из песни «Восьмиклассница» Виктора Цоя идеально ложатся под описание выставки Анастасии Богомоловой Lookbook, открывшейся в июле в пространстве фонда «Культурный транзит». Эта новая площадка ориентирована преимущественно на знакомство зрителей с работами молодых уральских художников. Не стал исключением и проект Lookbook, в котором через эксплуатацию ретро-модной стилистики автор ставит вопросы более серьезные, чем просто подходящая или нет одежда.

В коридоре перед входом в основное помещение выставки висят разноцветные женские платья. Можно потрогать их материал или рассмотреть рисунок ткани. Можно полистать иллюстрации в советских журналах мод, развешенных на стене поодаль. Такое было, наверное, у всех – и эти старые платья, бережно хранящиеся в шкафах «на всякий случай», и стопки журналов по кройке и шитью, словно ждущие своего часа где-нибудь на антресолях. Опыт советской культуры одевания и прихорашивания Анастасия превратила в личное переживание: главное место выставочного пространства занимают ее автопортреты в этих самых платьях и примерно в тех же позах, что и в журнале «Шейте сами».

Надевая одежду из маминого шкафа, Настя вспоминает детские годы, когда это было игрой во взрослую женщину. Мотивам воспоминания вторит и размещенная в центре зала старая швейная машина, от которой расходятся нити к лежащим на полу катушкам. Этот объект напоминает инсталляции российского художника Леонида Тишкова, в которых сплетение нитей символизировали связь с родным домом, возвращение к корням и воспоминания о детстве.

Такой взгляд в прошлое одновременно становится и взглядом в будущее: теперь вместе со «взрослой» одеждой Настя примеряет на себя новую социальную роль, определяемую взрослением, женственностью, сексуальностью. И теперь это не игра, а очень сложный процесс самоидентификации и самопознания. Сложность его подкрепляется пластическим и цветовым решением работ. На фотографиях – застывшие и напряженные позы, не открыто оптимистичные, как на иллюстрациях в журналах мод. Лицо Анастасии на них сосредоточено, порой тревожно, почти всегда без улыбки. Это контрастирует с ярким цветочным орнаментом, который составляет фон на большинстве снимков. Порой художник так строит кадр, что сама его фигура перестает быть объектом съемки и вплетается в этот кричащий рисунок, становясь почти абстрактной плоской картиной. На одной фотографии Анастасия на фоне желто-рыжего орнамента из осенних листьев в неестественной позе поднимает руку вперед, словно пугаясь и отвергая свой новый опыт «быть взрослой».

Предыдущий проект Анастасии Recall был посвящен памяти. Черно-белые архивные фотографии своей семьи, запорошенные снегом или лежащие под разбитым стеклом, являли собой те самые обломки воспоминаний, возникающие при взгляде на старые вещи. В Lookbook Настя переходит от чисто ностальгических мотивов к исследованию своего мира, трансформации телесности и поискам собственного «Я». Платья теперь стали впору. И это более серьезно, чем то, насколько они модные.

После выставки мне удалось поговорить с Настей о ее проекте, вдохновении и любимых снимках.

- Расскажи о том, как родилась идея этой серии? Чем явился Lookbook в ходе создания лично для тебя?

- Моя мама — невероятно бережливый человек. В ее шкафу и чулане хранятся коробки с кучей старой одежды - главным образом, чудесные разноцветные платья. Некоторые остаются в таком хорошем состоянии, что их и сейчас вполне себе можно носить. Однажды, найдя все эти сокровища, я вспомнила, как еще в детстве, едва дождавшись, когда останусь дома одна, залезала в гардероб и поочередно примеряла их. Это увлекательный опыт, через который прошла почти каждая девочка, тайком красившаяся маминой помадой и надевавшая сапоги старшей сестры. Есть в этом действе бессознательное стремление к принадлежности взрослому миру. Ты примеряешь на себя наряды старших, чтобы и подражать, и представить себя подросшей. Мой проект вышел из желания смоделировать этот опыт уже тогда, когда ничто и никто не мешает взять и приложить к себе никому ненужные заброшенные платья. В процессе работы Lookbook превратился сначала в восстановление образов женщин старших поколений семьи, а потом - в нащупывание своей собственной взрослой сексуальности.

К слову, я использовала не только обнаруженные дома наряды 1980—1990-х годов, но и оригинальную косметику того периода, также сохранившуюся у мамы, и отрезы старых бабушкиных тканей в качестве фонов.

- Можешь ли ты назвать фотопроекты или произведения других сфер искусства, которые повлияли на концепцию твоей серии и на сам процесс съемок?

- Главным референтом при создании проекта стали для меня советские журналы мод 1970—1980-х годов, сформировавшие мои первые представления о том, как женщина себя должна репрезентовать. Примечательно, что, начиная работу над серией, я не имела на руках тех номеров, рассматривание которых меня так увлекало в детстве. В сущности, я пыталась восстановить в памяти некоторые из особенно ярких образов, и уже ближе к завершению основного съемочного проекта, когда журналы все-таки нашлись в сарае у моей мамы, обнаружилось, что некоторые изображения, даже те, что я не вспомнила, получились в духе того времени.

- Насколько сильно отличался результат съемок от первоначального замысла? Стало ли что-то для тебя открытием в этой серии после экспонирования снимков в выставочном пространстве?

- Общий стиль проекта я определила для себя сразу. В этом плане никаких изменений внутри работы не было. Перемены начались после, уже в восприятии снимков. Мысленно я понимала, кто присутствует на всех фотографиях, но, когда серия начала выставляться, а картинки из нее использоваться на афишах, у меня произошел разрыв с собственным изображением. Получилось, что я превратила саму себя в условную девушку с условного плаката. Случился акт самообъективации.

- Есть ли среди фотографий серии такая, которая вызывает у тебя особенные чувства? Какая из фотографий наиболее «твоя»?

- Я уже практически не соотношу себя настоящую с женщиной на фотографиях, поэтому мне даже сложно выделить какой-либо из снимков. Хотя я искала собственный образ, работая над этим проектом, на деле получилось, что нашелся кто-то другой, совсем иной человек.

- Расскажи про сам процесс съемок. Что было для тебя особенно нелегким, необычным, удивительным?

- Во время съемки мне помогал мой муж, нажимая на кнопку спуска затвора, однако за режиссуру кадра и общий стиль полностью в ответе я сама, поэтому считаю, что вправе называть все эти снимки автопортретами. Я доверяла человеку, стоявшему за камерой, и позировала свободно так, как делала бы и наедине, будь у меня пульт дистанционного управления. Что касается фонов, то их я соотносила с подобранной одеждой по цвету.

- Как ты оцениваешь проект Lookbook в плане развития своего творчества. Это определенный этап следования от «чего-то» к «чему-то» или изолированный проект, а может, что-то третье?

- С одной стороны, эта работа вписывается в ряд моих предыдущих проектов, посвященных теме памяти и связанных с обращением к архивному материалу (ранее я использовала старые снимки, в этот раз перешла к одежде и тканям). Но, вместе с тем, через Lookbook пришла к тому, чтобы и в дальнейшем задействовать собственное тело, размышляя уже о гендерных ролях и вопросах идентичности. Сейчас я одновременно занимаюсь двумя проектами, визуально отличными как друг от друга, так и от Lookbook. В одном случае продолжаю тему работы с архивом вещей, в другом — вновь изучаю женскую сексуальность, но там и там это серии автопортретов.

- В названии выставки есть намек на то, что эта серия может воплотиться еще и в книге. Так ли это?

- На самом деле, название как проекта, так и выставки отсылает к распространенному в фэшн-индустрии понятию. Лукбук — это каталог образов, демонстрирующий коллекцию модного бренда и выполненный в едином визуальном стиле. Но я действительно вижу эту работу в фотокнижном формате, точнее, в качестве этакого старого журнала моделей одежды с выкройками.

- Еще вопрос о книгах. Я знаю, ты много занимаешься изучением фотокниг. В связи с этим как относишься к экспозиции в выставочном зале и печати фотокниги? Насколько это разные жанры показа произведений лично для тебя?

- В каком-то смысле это даже противоположные форматы репрезентации проекта. Выставка — коллективный опыт, исключительно пространственный, книга — это нечто интимное, вневременное и, к тому же, тактильное. Я люблю выставки, люблю наблюдать за тем, как у работы появляется новый масштаб и объем восприятия, но книги мне все-таки милее и ближе. У выставок всегда есть закрывающая дата, тогда как бумажное издание продолжает свой путь дольше и, главное, дальше, охватывая зрителей и за пределами музейного или галерейного пространства и времени.

Справка:

Анастасия Богомолова (род. 1985, Казахстан) – художница, фото- и видеоартист из г. Челябинск. Выпускница ряда образовательных программ петербургского бюро «Фотодепартамент». Работает преимущественно в жанре фотоинсталляции. Также исследует жанр фотокниги. Участник ряда российских и зарубежных выставок фотографии. В 2014 году состоялась персональная выставка «Дача/Сад» в рамках московской Фотобиеннале.

Сайт автора, сайт Анастасии Богомоловой, посвященный фотокнигам.