«Не надо ехать в Питер или в Москву, чтобы классно жить»

Дорожный юмор, несколько часов подъёма, литры качканарского пота. Чтобы залпом выпить три кружки самого вкусного чая, увидеть ламу в розовой футболке с надписью We believe Russian president, погладить блаженных кошек и так же блаженно уснуть в маршрутке по пути домой.

– Михаил Воробьёв? Алёна Шахматова? Василиса Премудрая?

Около «Белки» на Космонавтов – толпа людей с рюкзаками. Перекличка ищет опоздавших.

– А Иванушка-дурачок?

Впереди у нас четыре часа в маршрутке и восхождение на гору. В рюкзаках – банки с тушёнкой и пакеты гречки, в руках – гитара. Мы загружаемся в один из двух белых микроавтобусов.

– Наш водитель Коля сразу стал походником, когда мы с ним напились. Коля, а ты знаешь, куда ехать?

– Нет, – подыгрывает водитель.

– Сейчас 11:30. Ты, короче, три раза проедь вокруг, заедь в лесок, и мы такие: «А храм-то уже, оказывается, снесли!»

Ребята, которые второй раз везут меня в поход – команда «Знай Урал!». В том виде, в котором они существуют сейчас, «Знай Урал!» появились полтора года назад. До того момента Роман Баранов и Игорь Бажан ходили в походы вдвоём. Потом стали водить друзей. Потом – небольшие группы. Тогда они поняли, что людям это нравится, и решили создать своё сообщество. Но сразу договорились, что уподобляться турагентствам и превращать хобби в основное дело не будут.

– У нас нет задачи водить в поход тех людей, которые ходят туда и без нас, – рассказывает мне в дороге Игорь Бажан. – У них есть своя культура, своё видение, своё понимание того, зачем им это. Мы просто заметили, что куча молодых ребят устала проводить время в барах и клубах. Они хотят чего-то нового.

Игорь достаёт гитару, шутит, что играть умеет только немецкий рэп, и начинает с традиционного для походов – песен «Сплина».

– Приветствую нас на своём квартирнике. Точнее, машиннике... Я очень много бродил и... пробродил всё в своей жизни.

Ребята удачно влились в ту волну, когда модными стали красивые картинки с путешественниками и фильмы по мотивам керуаковских книг. Сначала было тяжело – группы формировали по пять, по десять человек. Походы окупались не всегда, а иногда приходилось даже закрывать их из собственного кошелька. Сейчас в сообществе «Знай Урал!» «ВКонтакте» больше пяти тысяч человек. Все они – реальные люди. Кто-то просто следит за блогом уральских путешественников, а кто-то – уже часть команды.

– Конечно, они не все ходят с нами в походы, – смеётся Игорь. – Кто-то смотрит фотки, кто-то читает отчёты и вспоминает молодость. Есть всякие. И пожилые, бывалые. Но очень большой пласт – молодые люди, которых мы ведём в поход в первый раз. Для нас это очень важно. На первых порах мы думали, что нашей основной целью будет популяризация Урала, что мы будем рассказывать о тех местах, которые посещаем. Здесь очень много крутых мест. Не всё так плохо: не надо ехать в Питер или в Москву, чтобы классно жить. Только потом мы увидели, что после наших походов люди меняют жизнь. И поняли: наверное, наша миссия заключается не в том, чтобы просто рассказывать про Урал, эта миссия поверхностная. Миссия заключается в том, чтобы помогать людям находить себя: круто проводить время, знакомиться с близкими по духу. Они объединяются, общаются, вместе едят гречку. А потом становятся друзьями. От этого начинаешь получать кайф.

Вот такие вещи – километры трека, общение с новыми людьми, свежие эмоции – ребят и подзаряжают. Это позволяет им перезагрузиться, по-другому посмотреть на своё существование и понять, что помимо работы, которая приносит деньги, можно с удовольствием делать что-то ещё. Цели показать остальным, какие они лютые походники, они не преследуют. Пусть некоторые, как Беар Гриллс, сидят в лесу и выжимают медведю из лапы кровь своими руками. Для них же главное, чтобы всем было хорошо.

К сожалению, мест, которые можно посетить за одни лишь выходные, на Урале не так много. Ребята стараются их чередовать: Иремель, Таганай и другие... Но скоро команда «Знай Урал!» поедет на реку Сим прыгать с отвесной 76-метровой скалы.

– В первый раз все прыгают, даже те, кто боится, – делится Игорь. – У некоторых после этого совершенно меняется жизнь. Но когда мы привезли людей прыгать во второй раз, некоторым было страшно. Потому что в первый раз люди ещё не осознают полностью.

Через пару часов мы окажемся на вершине горы Качканар, в нашумевшем буддийском монастыре Шад Тчуп Линг (в переводе с тибетского – «место практики и реализации»). История монастыря тянется ещё с 1995 года, когда сюда пришёл лама Тензин Докшит (по паспорту – Михаил Санников). Место на карте ему указал его наставник, бывший настоятель Иволгинского дацана Пема Джанга. На месте будущего монастыря лама Докшит обнаружил гору камней, удивительно напоминающих по своей форме ключи. За 20 лет Шад Тчуп Линг превратился в один из крупнейших в России центров изучения буддизма и просто в популярную достопримечательность Урала.

В феврале монастырю в очередной раз стал угрожать снос. Постройку признали нелегальной, а права на землю предъявили горно-обогатительный комбинат и департамент лесного хозяйства. Говорилось, что земля находится в разработках качканарского месторождения железной руды. Но буддисты дали понять, что уходить с горы не собираются.

Недавно центр развития туризма Свердловской области признал монастырь уникальным объектом региона. Как выяснилось, аналогов ему нет на Урале и в Сибири. Некоторые туристические компании даже включают его в свои туристические продукты, но сравнить его с той же Невьянской башней нельзя из-за неразвитой инфраструктуры и плохой доступности монастыря для туристов.

Путь до монастыря действительно оказался сложным. После долгой дороги нас встречает деревенька с говорящим названием Косья. Все домики в ней покосились от ветхости, и даже на улице Ленина царят пустота и разруха. Около магазина с русско-романтичным названием «Берёзка» нас высаживают и отправляют в гору пешком. Идём молча, один за другим.

Мы доходим до монастыря. Поднимаемся по узкой протоптанной тропке, делаем последние шаги и заходим в расписные ворота. Справа от нас – ступа Пробуждения, специальное ритуальное сооружение, вокруг которого люди ходят и читают молитвы.

– Проходите, вам тут чаю нальют, накормят. Только снег отряхните.

Один из жителей монастыря отвлекается от работы, чтобы передать нас «лысому и высокому» специалисту по гостям. «Лысым и высоким» оказывается Дмитрий из Ставропольского края, одетый в тельняшку. Обуви в доме больше, чем людей. Приходится ждать, пока остальные разуются. Но рады здесь, кажется, всем.

Внутри жарит печка. На полках советского стеллажа – литература о буддизме и книги Пелевина, на подоконнике – мандалы и сувениры. Практически по всей длине комнаты растянулся стол. Возле него на полу очень плотно, плечом к плечу, сидят люди – обитатели монастыря и группа туристов. На руках у одного из них – кошка Громозека. Кошек с такими просветлёнными и блаженными мордами я раньше не видела нигде. Будто бы даже монастырские кошки постигли буддизм.

– Сегодня здесь будет ночевать восемь человек, – Дима знакомит нас с местными обитателями. Есть те, кто живут здесь постоянно. Например, парень в татуировках. Вы не представляете, какой у нас тут сборник народа. Вот вроде посмотрите – люди буддизмом интересуются... Вот тот парень симфо-блэк-метал играл. Другой, из Лесного – он байкер, металкорщик. Все тут лютые собрались. Сунгма, например, вообще монстр, классная. Что за человек! За её супы можно людей убивать. Она готовит хорошо, дрова колет хорошо, убирается хорошо – всё делает хорошо. И очень умная. Есть женщины в русских селениях. Их бабами даже не назовёшь. Коня на скаку остановят!

– А работа, семья, дети?

– Ценности-то у людей разные, смысла жизни вообще не существует. То есть существует, конечно, но придумываем мы его сами.

Звонит телефон.

– Лама Докшит, это вы? Ало-о-о. Кто-нибудь, спуститесь, лама Докшит приехал! Отправим Дениску.

– У нас с рациями тут вообще приколюха, – сквозь смех вспоминает Дима. – Вчера в баню пошли, а Виталя остался оладушки печь. «Банщики, банщики, вызывает оладушка, ответьте», – говорил.

Мы увлечённо изучаем интерьер комнаты. Взгляд задерживается на листке с распорядком дня. Подъем, зарядка, общая практика, завтрак, работа, чай, работа...

– Чай, бывает, игнорируется, – признаётся Дмитрий. – Завтракаем тоже не всегда до десяти. Поели и в путь. Бывает даже, что кто-то отправляется работать и до завтрака. На западный карьер на собаках, например.

Желание и готовность много работать – одно из главных условий попадания в коллектив.

– Самое основное правило здесь: не хочешь есть – не работай. Выдержать сможет не каждый. Лама Докшит говорит, что холод, голод и война – наши лучшие друзья. Если вы хотите узнать человека, необязательно отправлять его куда-то воевать или заставлять мёрзнуть на холоде. Достаточно оставить его одного в неотапливаемом помещении.

Работы здесь много: постоянно нужно много готовить, встречать гостей, ездить за дровами, помогать на стройке. Строительство храма продолжается до сих пор.

– Вот здесь наш гараж, здесь будет статуя Будды, мы будем весной делать...

– А как насчет того, что вас отсюда выгоняют?

– Я же говорю: в этом году должна быть статуя. Поэтому как бы могут и попробовать... Но пробуют они второй год. Да как они сносить-то нас будут?

Они обязали ламу Докшита снести этот монастырь. Он что, сносить-то будет собственными руками? Тем более, в конституции прописано что-то про оскорбление чувств верующих... То есть это всё равно что сказать попу: сожги свой монастырь. Искусственные водоёмчики, подъёмники, канатная дорога будут...

Я отвлекаюсь от разговора, чтобы в третий раз наполнить стакан очень вкусным чаем. В дом входит лама Докшит – невысокий лысый человек с седой бородой. Под курткой – розовая футболка с надписью We believe Russian president. Лама проходит в конец комнаты и вместе со всеми садится за стол. Ему наливают чай, пододвигают миску с печеньем. Краем уха улавливаю слова ламы.

– Посмотрел тут «Голодные игры»... Президента убила. Все бабы дуры.

Монастырь оказался действительно уникальным и весьма колоритным местом. Вы вряд ли увидите здесь часами медитирующих и просветлённых. Проживают в нём те же люди, что и мы. Всех объединяет общая идея: каждый день они колют дрова, кормят собак и строят бок о бок. Каждого сюда когда-то привело что-то своё – кто-то устал от потребительского образа жизни современного общества, кто-то решил забраться на гору в поиске ответов. Кажется, пробудь я здесь ещё хотя бы пару дней, и тоже уехала бы обратно с ответами на все свои вопросы. Но пора домой.

Фото: Геннадий Пирогов, Михаил Воробьев