«Мы хотим сдвинуть с мертвой точки нашу клубную культуру и ночную жизнь»

12 июня в Ельцин Центре прошел круглый стол «Интеграция», на котором Никита Забелин, Антон Кубиков, Сергей Пушкин, София Родина, Александр Петрук, Сергей Мамчур и Стас Словиковский поговорили о клубной культуре. IMC публикует сокращенную расшифровку разговора.

Никита Забелин: В рамках проекта «Резонанс» мы приехали в столицу Урала для того, чтобы объединить усилия и сдвинуть практически с мертвой точки нашу клубную культуру, ночную жизнь. Главной нашей задачей является интеграция локальной культуры в столичную культуру – в жизнь артиста, жизнь промоутеров. Все сосредоточено в Москве, и с регионами нет обмена мнениями, диспута, каких-то компромиссов, которые нужно находить. Год назад мы запустили программу «Резонанс», которая посвящена развитию электронной музыки в России. У нас появилась возможность опубликовать 150 новых артистов. Для меня это большой прорыв, так как я всегда был за локальную сцену, за её развитие. У каждого города, в котором есть миллион человек, находится своя небольшая сцена – в Нижнем Новгороде, в Екатеринбурге – очень сильная сцена. Я эту идею реализую сейчас на уровне творчества, на уровне артистов, чтобы у них появилась возможность коммуницировать. Сейчас мы переходим во второй этап нашей интеграции. Интегрируем клубную жизнь Москвы в клубную жизнь Екатеринбурга и наоборот. Давайте определим наши задачи и будем двигаться к счастливому коммунистическому электронному будущему (смеется). За столом у нас присутствует Артем Зверев – арт-директор клуба «Дом Печати». Сергей Мамчур – главный идеолог проекта Life. Клуб Life интегрировался уже 4 раза, по-моему. Александр Петрук известен своими DJ-сетами, промоактивностью. Я – Никита Забелин. Сережа Пушкин занимается лейблом «Резонанс», а также проектом «Джипси». На мой взгляд, здесь собралась хорошая компания. Надеюсь, что их полярность задаст нам живой тон в спорах и подарит здоровый уральский юмор. На мой взгляд, стоит начать с выявления локальных проблем Екатеринбурга. Я уехал из Екатеринбурга три года назад. До этого активно участвовал в ночной жизни города. За эти три года я не совсем понимаю, как культура сдвинулась, в отрицательную или положительную сторону. Появились какие-то новые проекты, какие-то закрылись, какие-то поменяли направление, и как вообще работает сейчас клубная культура в Екатеринбурге. Давайте послушаем независимое мнение Александра как человека со стороны.

Александр Петрук: Когда Никита предложил мне принять участие в круглом столе, я сначала думал: «Какая интеграция!?». Крутых вечеринок в городе не было уже как месяца три. Как будто нужно говорить не про интеграцию, а про какие-то совсем другие проблемы, например, как можно возродить клубную культуру или оздоровить. На самом деле трудно сказать, в какую сторону все развивается – лучше сейчас или хуже, черт его знает. Ну, вот вечеринки, на которых я был в эти выходные, на них было классно. Было много народу, все танцевали до утра.

Никита Забелин: То есть ты доволен ситуацией?

Александр Петрук: Удачные выходные – я доволен, неудачные выходные – недоволен.

Никита Забелин: Так вот вопрос как раз в том, чтобы вне зависимости от того, тусовался ты в выходные или нет, выходные получались удачными.

Александр Петрук: Честно говоря, последние два или три месяца люди ходили в клубы очень мало. Все разводили руками, сетовали на экономическую ситуацию. Кризис имеет значение 100%, но я, например, уже говорил ранее про киевские вечеринки «Схема», которые при более жестком кризисе процветают, про них снимают фильмы.

Никита Забелин: Да, «Схема» – это абсолютно новая тема, которая возникла на почве конфликта на Майдане. Появилась независимая интерактивная молодежная сцена, которая не хочет участвовать во всей этой политической истории, а хочет просто отдыхать, тусоваться и быть свободными. Это мероприятие собирает до 2000 человек. Может, здесь, в Екатеринбурге, мы просто ещё не устали от нашей политической ситуации, и у нас все хорошо?! Мое личное мнение – в городе необходимо создать условия для формирования нового культурного слоя, создать коммуникационную платформу для людей, чтобы у них была возможность объединиться и что-то сделать независимо от клубов. Раньше, когда мы росли, у нас не было желания участвовать в клубных проектах, мы просто собирались и делали вечеринки – снимали турбазы и устраивали там полный разнос. Неважно, как это выглядело, важно то, что мы это делали так, как мы хотели. Нужно сделать так, чтобы сформировалось новое поколение. Вот, например, на следующей неделе мы делаем вечеринку с московскими ребятами, которые «на кухне тусовались» и захотели сделать вечеринку. Научились играть музыку только потому, что захотели сделать вечеринку. Это как раз то, что идет изнутри, это некоммерческий проект. Также позавчера мы ездили смотреть проект «Скотобойня». На мой взгляд – это вообще феномен российской электронной сцены. «Скотобойню» не знал никто, и тут мы слышим, что существуют мероприятия на 2000 человек, где происходит какое-то полное безобразие, играет какая-то непонятная музыка. Мы тут все такие жили годами в Москве, Екатеринбурге, формировали какую-то свою сцену, а тут появляется какая-то тема параллельная, о которой вообще никто ничего не знает. Зайдите на YouTube и посмотрите ролики. Ребята Кира и Витя делают «Скотобойню». Они снимают четырехэтажный дом под Внуково, живут там вдвоем и еще 15 их резидентов. Это коммуна. Это их лайфстайл. Если у людей есть общие идеи, то вокруг них образуется синергия и привлекает ещё больше людей. Это честный подход! В Екатеринбурге, городе, в котором все суперабстрактное, такие проекты должны возникать. На фоне остальных городов Екатеринбург качественно отличается не только возможностями, потому что здесь, как минимум, есть люди, а также и своим подходом – голова уральца устроена немножко иначе.

Артем Зверев: Вот смотри, ты упомянул промогруппы. Например, «Суета». Мы их пригрели в «Доме Печати». Тяжело начинались первые вечеринки, потому что ребята молоды, и их многие не знают. Одним словом, «крестили». Сейчас вышли на достаточно цивильный уровень, делают привозы приличные. Последний раз привезли Чейза из AVG.

Никита Забелин: То есть, trap?

Артем Зверев: Ну да. На танцполе стены потели. Была очень веселая вечеринка. А если ещё говорить про промогруппы какие, то их просто нет. Мне, как арт-директору, очень удобно и весело работать с такими промогруппами. Это новый продукт, который интегрируется в «Дом Печати», а «Дом Печати» интегрируется в него.

Сергей Пушкин: Например, очень интересно на нью-йоркскую сцену посмотреть, она вся построена на промогруппах.

Артем Зверев: Да, верно. Мы тоже опытным путем к этому пришли.

Сергей Пушкин: Потому что люди, которые формируют промогруппу, у них есть какая-то идеологическая составляющая, то есть основа культуры.

Никита Забелин: Опытным путем было определено, что в сетке ночной жизни существует четыре единицы – это аудитория, артисты, промоутер и клуб. Если вспомнить 90-е, когда у людей была возможность иметь клуб, то они определяли его политику сами. Сейчас политика клуба, на мой взгляд, это уже ушедшее время. Я вижу проблему в Екатеринбурге в том, что проекты открываются и быстро затухают. Это можно спасти бюджетом. Так вот промогруппы – это ключевой момент в формировании культуры. Промогруппы – это идейные и концептуальные люди, которые не имеют отношения к артистам. На мой взгляд, промоутер – это человек, который не должен являться фанатом музыкального течения, потому что музыка уже не является ключевым моментом в работе заведения. Концепция имеет значение. Это как лайфстайл, альтернативная реальность. Поэтому «Скотобойня» явилась открытием. Клуб – это место, которое предоставляет площадку для реализации идеи. В клубе должен быть хороший звук, отлаженная работа бармена, хорошая охрана, потому что в клубах охрана – это всегда проблема. Когда человеку охранник говорит: «Что там у тебя в сумке?», больше к нему в клуб этот человек не придет. Охранники должны быть всегда вежливы. Так вот, о чём это мы. Клуб предоставляет площадку, и больше он вообще никому ничего не должен. Клуб не должен заниматься рекламой, не должен собирать аудиторию, не должен беспокоиться об артистах. Промоутер – это тот человек, который должен определять всю ситуацию. К вопросу платы артисту. Есть такая политика в локальных городах – «ну ты же ничего не умеешь, так просто попробуй». Я считаю, что это в корне неправильно. Человек должен получить хотя бы 500 рублей для того, чтобы понять, что он хотя бы чего-то стоит. Чем больше денег получает артист, тем лучше он раскрывается, чем больше артист раскрывается, тем больше он становится тем самым ядром, тем классным, харизматичным чуваком. Вообще артист – это харизматичная личность, которая привлекает к себе людей. Никто не ходит, чтобы слушать музыку. Все хотят посмотреть на человека. Я знаю ряд артистов, на которых люди ходят, чтобы просто посмотреть. Именно эти люди делают кассу.

Александр Петрук: Что-то я уже не понимаю, про что мы сейчас говорим.

Никита Забелин: Мы сейчас говорим о том, как формировать клубную культуру на уровне низов. Есть проблема коммуникации внутри самих клубных процессов, которая не дает новой сцене возможности появиться, потому что молодые не получают денег и внимания.

Сергей Мамчур: На самом деле есть, например, клуб «Дом Печати», где стабильно платят деньги. То есть ты говоришь, что мы там договариваемся, потом проходят вечеринки, и мы не платим деньги, кидаем кого-то?

Никита Забелин: Нет, мы сейчас говорим про «дно».

Сергей Мамчур: Как вообще у нас все это происходит. Мы работаем с промогруппами, договариваемся о суммах и оплачиваем полностью. О чём ты вообще говоришь?

Никита Забелин: Я говорю о настоящем положении вещей у нас в Екатеринбурге.

Сергей Мамчур: Ну, хорошо. Давайте возьмем два клуба – «Сон» и «Дом Печати». Если раньше мы развивались как моноклуб, то есть мы его сами продвигали, то сейчас мы понимаем, что ситуация поменялась, и мы работаем с промокомандами. Но и сами мы тоже кое-что делаем, не ленимся. А к вопросу о том, почему клубы через три-четыре месяца умирают, так это потому, что промокоманды или арт-директор не понимают, как развиваться.

Никита Забелин: Получается, проблема – есть площадки, но нет промоутеров, которые готовы эти площадки развивать?

Сергей Мамчур: Да, нет. Может, мы начнем говорить о том, как развивать промокоманды?

Никита Забелин: Мы об этом и говорим!

Сергей Мамчур: Вот они у нас появились, и мы сразу должны дать им свободу. Может, нужно что-то делать, чтобы они в течение года стали развиваться?

Сергей Пушкин: На самом деле, когда произошёл кризис, поменялось финансовое планирование – стало выделяться меньше денег на привозы. Стало проблематичнее привозить иностранных артистов. Более актуальным стало развитие локальных артистов.

Александр Петрук: Да, мне кажется, что сейчас в условиях кризиса нужно сосредоточиться на местных талантах. На базе «Дома Печати», например, можно сделать какой-нибудь мини-кластер, где люди будут просто собираться, что-то писать, какие-то миксы сводить, общаться друг с другом, курить кальяны (Все смеются). Будет туда приезжать Никита Забелин, рассказывать какие-то технические вещи, чтобы люди могли реально повысить свой уровень, и за счет этого станут лучше писать музыку.

Сергей Пушкин: «ВКонтакте» есть очень классный советский фильм про диско-клубы СССР, где мне очень понравилась фраза: «Оглушить громкой музыкой слушателя – довольно просто, нужно сделать так, чтобы вам было что сказать». Я не согласен, что не нужно делать ставку на музыкантов.
Вопрос из зала: Последний раз, когда я был в «Доме Печати», точнее, пытался туда попасть, мне сказали: «Вы не можете пройти». Я не знаю, что сыграло роль? Мой вопрос – какая целевая аудитория вашего продукта? Ведь, по сути, вы обсуждаете продукт и схему его сбыта.

Никита Забелин: Это очень классный вопрос. У нас уже были по этому поводу дискуссии несколько лет назад. Как-то давно я вышел в город, и выглядел я не очень стандартно. В Москве бы меня пустили везде, а в Екатеринбурге меня никуда не пустили. В клубе «Репин» фейсерша посмеялась мне в лицо через стекло, даже дверь не открыла. Так вот по поводу целевой аудитории. Мы живем в мире, когда люди могут делать все, что они хотят. Они никому ничего не должны. Ты не должен выглядеть так, как этого хочет фейсконтроль. Например, когда у меня проходит вечеринка, я говорю: «Пускай всех!». Конечно, только если человек не пьяный или может причинить физический вред кому-либо.

Артем Зверев: Давай я тогда за «Дом Печати» отвечу. На самом деле, если бы я знал ответ на этот вопрос, наверное бы уже делал «кэш-флоу». Я уже год этим занимаюсь, набираюсь опыта. У нас есть такая история, как мультиформатность. Мы решили, что останавливаться на одном каком-то определенном стиле – это не вариант. Но бывают частные случаи. Например, ты пришел на вечеринку, не посмотрел анонс. Внутри все пьяные, с потолка капает, а ты пришёл кальян покурить и «шизгару» послушать. Ты такой «Ну, что за фигня! Какие-то малолетки здесь». Зашел на Фламп и всё это написал. На входе охранник смотрит и понимает, кто вообще может прийти на такую тусовку. Мы вообще открыты для всех. Лучше сразу людям объяснить, я не говорю – не пустить, а объяснить. Бывает, из-за масштаба площадки, из-за количества людей такие истории случаются. Мы с этим регулярно работаем.

Сергей Пушкин: Я сам не очень поддерживаю эту историю с фейсконтролем. Мне очень понравилось, как этот процесс происходит в клубе Berghain. Если фейсер решает, пускать человека или не пускать, то он спросит: «Кто играет сегодня на вечеринке? Кого вы пришли послушать?». Если человек вообще не в курсе, куда он пришел и что за артист играет, тогда его не пропускают. Это интересный подход.

Никита Забелин: Ну, это все зависит от политики места.

Сергей Мамчур: Да, это совсем другое. Я вообще хотел сказать, что Москва и Екатеринбург – это разные вещи. В Москве очень большое количество клубов, из которых ты можешь выбрать, а у нас знают два популярных клуба. Выпили и пошли туда. Так в клубе и собирается разный народ. В клубе главное – атмосфера, а её определяют люди – это очень важно.

Никита Забелин: Безусловно! Ладно, давайте уже, наконец, закроем тему фейсконтроля. Она вечная, и никто никогда не придет к номиналу. Давайте лучше вернемся к тому, чтобы объединиться и проработать какой-то один общий стрим. В Екатеринбурге есть артисты, но они не имеют возможности выступать, потому что их никто не знает, никто не работает над привлечением.

Сергей Мамчур: Вот, кстати, очень важный момент. Человек, который поиграл в Москве, он намного легче продвигается в Екатеринбурге. Так давайте это все как-то сообща делать.

Никита Забелин: Конечно, давайте.

Сергей Мамчур: Мы тебе будем писать список клубов, а ты будешь звать диджеев.

Никита Забелин: Я так и делаю, точнее, мне кажется, что я так делаю (смеется).

Комментарий из зала: Вообще эту тему можно сколько угодно обсуждать, но в Екатеринбурге нет нормального СМИ, на базе которого можно рассказать о том, о чём мы с вами говорим.

Комментарий из зала: А как же «Пилот»?

Комментарий из зала: А что «Пилот»?

Комментарий из зала: На «Пилоте» постоянно крутятся разные сеты.

Артем Зверев: В 4 ночи (Все смеются).

Комментарий из зала: Если ты хочешь, чтобы, например, в утреннем шоу рассказали о твоей вечеринке, тебе нужно заплатить денег. А так это никому не интересно.

Никита Забелин: Ну, раньше были Geometria, Night Party. Сейчас они как-то сошли на нет. Кстати, давайте не будем ходить вокруг да около. У нас в гостях Евгений Свалов. Можешь рассказать, как сейчас обстоит ситуация?

Евгений Свалов: Здравствуйте, коллеги. Я музыкальный редактор портала Geometria. «Геометрия» – это история, прежде всего про картинки, то есть люди заходят на портал посмотреть фотоотчеты. Что касается статей, их заходят читать единицы. Далее, как формируется редакционная политика. Существует определенная копилка, которую «Геометрия» собирает с определенных клубов-партнеров. Очень многим съемки достаются за минимальные деньги или совсем бесплатно. К сожалению, ко мне не стучатся сейчас артисты, даже перестали миксы присылать. Если раньше это был регулярный поток – «у меня вышел сингл, или я записал промомикс, и мы хотим разместиться на главной странице», то сейчас нет даже этого. Мне кажется, что люди ждут. Вот типа «я артист, пишу музыку, играю что-то и жду, когда меня заметят. Меня должны пригласить!».

Никита Забелин: Ну, это в чем-то правильная позиция, а в чем-то неправильная. Для того чтобы мы развивались здоровым образом, не должно быть так, что артист одновременно промоутер, пиарщик, дизайнер, музыкант, еще бумажками воротит после работы. Я, например, сейчас очень много дел делаю одновременно, просто не остается времени на музыку. Хочется послать всё это подальше, как артисту, у которого есть музыкальные таланты. Приходится разменивать себя на все эти ненужности.

Сергей Мамчур: Ты через это должен пройти! Ты все равно должен сам развивать свои качества. Раньше была более правильная политика развития культуры. Сейчас, когда есть интернет, все привыкли, что все само собой происходит. Раньше, когда люди ходили, пытались пробиваться – вот это было развитие. Нужно, чтобы человек развил в себе эти качества.

Никита Забелин: Нет, подожди. Менеджер – это человек, который точно знает, что нужно делать, чтобы ты поднял свою задницу.

Сергей Мамчур: Вообще, чтобы понимать менеджера, ты должен пройти через эту работу сам.
Комментарий из зала: Подождите, вы уже перешли на другую тему. Мы говорили о том, что нет СМИ-площадки, с которой можно донести информацию до аудитории.

Никита Забелин: А почему бы не написать в «Мегаполис». «Мегаполис» – отличная радиостанция, которая собирается выходить на федеральный уровень.

Сергей Пушкин: Да, я хочу озвучить, что радиостанции всегда ищут какой-то интересный контент.

Сергей Мамчур: Зачем вообще говорить, давайте это делать!

Никита Забелин: Давайте делать!

Сергей Мамчур: Только давайте это делать совместно.

Никита Забелин: В Москве сейчас такая тенденция, что им реально интересно, что происходит в регионах – Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, поэтому интеграция в регионы вполне уместна. И вообще этот круглый стол организовался для того, чтобы просто привлечь внимание, собраться вместе, просто потусоваться.

Артем Зверев: Потусоваться? (Все смеются)

Никита Забелин: Вообще неизвестно, что будет завтра, поэтому нужно танцевать, тусоваться здесь и сейчас.