«It’s My City» в рамках спецпроекта «Ручная работа» продолжает рассказывать о екатеринбуржцах самых разных полов и возрастов, тела которых украшены татуировками. Наш герой на этой неделе – Артем Дуванов, спина которого украшена иллюстрацией к одиннадцатой главе древнеиндийской книги «Бхагавад-гита».
«Вообще у меня одна большая татуировка, которая пока что не до конца доделана. Я делаю ее уже третий год, а началось все в 2008. Как любой пацан, я долго мечтал о татуировке. Сначала я сделал маленькую на шее, а потом решился на большую. Наверное, лет пять я не мог прийти к тому, что же нарисовать себе на теле, потому что я хотел сделать татуировку, которую бы не хотелось перебивать. Мне нужен был рисунок, который не надоест никогда, который бы отражал внутреннее мое состояние, и еще чтобы он рассказывал некую историю людям, которые видят тату. В один прекрасный день я понял, что хочу: я выбрал рисунок и стал подбирать мастеров, мне важно было найти того, кто сможет сделать действительно хорошую работу. Также я хотел найти человека, который бы не только хорошо рисовал, но еще и был бы близким мне по духу. Как все нормальные люди, я залез в интернет, посмотрел, какие у нас есть в Екатеринбурге мастера, посмотрел работы, которые мне понравились, а потом начал непосредственно объезжать салоны и знакомиться лично с татуировщиками, общаться, показывать то, что я хочу, узнавать, за какое время будет выполнена работа. На самом деле, когда я пришел в салон, где в итоге и стал делать тату, мне сказали, что сделают ее за 2-3 месяца, а я делаю уже три года, и над рисунком теперь трудятся три мастера».
«Сам рисунок — это каноническая картина из моей настольной книги «Бхагавад-гита». Я перенес на татуировку иллюстрацию к одиннадцатой главе, в которой Господь показывает свою вселенскую форму тому, кто верит в него, доказывая, что он — самый великий, самый превосходный. Фактически можно сказать, что моя татуировка — индийская икона. Основная картина у меня сделана во всю спину, но мне хотелось, чтобы она смотрелась более гармонично, поэтому я перекинул ее через плечи на грудь через орнаменты».
«Я долго сомневался, думал сделать рисунок черно-белым. Но когда посмотрел на него в отрисованном варианте без цвета, мне больше понравился цветной, более яркий, привлекательный. И люди, когда видят татуировку, начинают о ней спрашивать, а значит всегда есть возможность поговорить с ними о Боге, немного попроповедовать, это своего рода путь к сердцу человека, который случайно заинтересовался рисунком».
«На самом деле, как ни крути, татуировка — это долгий и мучительный процесс. Я по себе знаю, что больше трех с половиной часов я просидеть не могу, потому что боль с каждым разом становится все сильней и сильней. И потом, хочется же сходить, например, с друзьями в баню, а ты, пока две-три недели у тебя заживает татуировка, сделать этого не можешь и ждешь. А иногда просто устаешь от этой боли и хочется от нее по-человечески отдохнуть, немного расслабиться. Плюс ребята-татуировщики ценят свое имя, статус, и мы много работаем над мелочами, цветом. Чтобы все цвета были яркие, мы делаем также, как японцы — набираем тона. Если нужен ярко-желтый цвет, то начинается работа с бледно-желтого, и постепенно тон увеличивается, а значит, что приходится забивать одно и то же место по несколько раз».
«Хочется заметить: обязательно смотрите, есть ли у людей художественное образование, потому что это важно. Ребята, которые делают мне татуировку, все закончили Архитектурную академию, они профессиональные художники».
«В разных местах по-разному все заживает. В целом, проблемы были. Иногда дернешься, зацепишь рюкзаком, оторвешь коросту и с ней выпадет кусочек. Но все это легко исправить на коррекции. Ну а в целом, на мне все заживает как на собаке».
«Моя мама отреагировала на татуировку как все нормальные мамы. Был примерно следующий диалог:
- Артемочка, это что у тебя на спине?
- Это татуировка, мама.
- Она настоящая? В смысле, навсегда?
- Да.
- Артемочка, ну что ж ты с собой делаешь?
Ну а вообще, у меня мама — золотой человек, и она спокойно относилась и относится ко всем моим выходкам и к этой тоже. А сейчас ей и самой работа нравится».
«Негативная реакция бывает. Где-нибудь на пляже могут подойти какие-нибудь гопяры и сказать: «Эй, чувак, что у тебя здесь за Пикассо?». И когда ты отвечаешь им, что это бесчисленная экспансия Бога… у них отпадают все вопросы. Но обычно даже мужики, синие с ног до головы, подходят, спрашивают, и мы с ними разговариваем о татуировках без всяких проблем».
«В наше время, как показывает практика, татуировки делают одни девочки. Мое личное мнение — девушкам не стоит бить татуировки, они ведь и так прекрасны! Но если сильно хочется, то нужно сто раз подумать перед тем, как что-то себе сделать. Вот как у девочек бывает: они приходят в салон и говорят: «Хочу татуировку! Хочу татуировку и все!». А что там будет? Бантик, бабочка, иероглиф или снегирь чуть ниже поясницы — не важно! Особо никто не запаривается. Мужчинам, кстати, тоже не машало бы перед тем, как сделать тату, хорошенько подумать. Я хожу по городу, обращаю внимание на людей с татуировками и вижу, что даже в пределах одного города можно увидеть одну и ту же картинку на нескольких людях».
«На свою татуировку я потратил около 100 тысяч. Я уверен на 100%, что ничего в ней менять не буду, мне моя татуировка нравится».
Фотографии Тимофея Балдина
Нам нужна ваша помощь! It’s My City работает благодаря донатам читателей. Оформить регулярное или разовое пожертвование можно через сервис Friendly по этой ссылке. Это законно и безопасно.