«It’s My City» в рамках спецпроекта «Ручная работа» продолжает рассказывать о людях самых разных полов и возрастов, тела которых украшены татуировками. На этой неделе героем спецпроекта стала Инна Бекренева. Зачем была сделана первая татуировка, почему пришлось перебить Сида Вишеса из Sex Pistols и влияют ли рисунки на теле на судьбу — об этом и не только в тексте, который Инна написала для IMC.
Первой моей татуировкой были маленькие крылышки на спине. Ее я сделала в 19 лет. В то время мне очень важно было себе доказать, что я нуждаюсь в свободе, и лучшего способа это выразить, чем через татуировку, я не нашла. Мастером моим был Гоша Воронков. На тот момент он был частым гостем у нас дома, и в один из таких вечеров я, наконец, собралась и заявила Гоше о своей готовности стать обладательницей первой татуировки. Тогда и были назначены дата и время этого «торжественного» для меня мероприятия. Эскиз принадлежал Гоше.
Вторым изображением на моем теле стал портрет Сида Вишеса, басиста известной панк-группы Sex Pistols. Чем я руководствовалась в тот момент? А ничем не руководствовалась. Я обожала Sex Pistols, обожала Сида Вишеса и не видела никаких причин для того, чтобы не увековечить его на своем теле.
Обе эти татуировки были подарком моим родителям на Новый год. 31 декабря я приехала к ним и специально надела майку, чтобы сами все заметили. На удивление, я не услышала ни одного слова возмущения от родителей. Мама захихикала, папа пожал плечами, а тетя начала усердно стирать мокрым полотенцем. Лишь брат и племянница остались недовольны. Друзьям пришлось полюбить мои татуировки. Сида они не очень-то и любили, но меня и мои увлечения уважали. Смирились, в общем.
Сид просуществовал на моем теле не очень долго, около года. За время нашего «совместного проживания» я наделала много глупостей и, дабы оправдать себя, ссылалась на Сида. Искренне поверила, что татуировки влияют на судьбу человека. Я понимаю, что, скорее всего, накрутила сама себя как следует, но что было, то было. К Гоше я идти боялась, думала — не поймет. На то время он очень гордился этой татуировкой. Друзья посоветовали мне обратиться к Паше Малеру. Знакомство с ним у нас вышло довольно забавным. Он был уверен, что перекрывать ему придется какую-нибудь змейку, трайбл или иероглиф, но, увидев Сида, был, мягко говоря, в шоке. Он знал о существовании этой татуировки и на то время считал, что это одна из лучших работ Гоши. Браться за работу согласился не сразу, какое-то время обдумывал, но моя воля и желание оказались весомее.
Идею новой татуировки я позаимствовала у Сальвадора Дали. Смысл эскиза кое-чем схож со смыслом одной из его самых знаменитых картин «Постоянство памяти». Улетающие с помощью махаона часы напоминают мне о том, что время немилосердно, с самого первого дня перемалывает меня в своем жернове и уже никогда не остановится. Так что не стоит тратить его на абсолютно ненужные глупости. Бальзаковскому Валентену о его поступках напоминала шагреневая кожа, а мне – моя. И это тоже своего рода мой магический талисман.
Перекрытие длилось 3 сеанса, это около 10 часов. После последнего сеанса я искренне верила, что попрощалась с Сидом, но спустя пару недель его хитрые глазки начали проявляться на крыльях моего махаона. На данный момент я с этим смирилась, и в какой-то степени мне это даже нравится.
Мои маленькие крылышки скоро превратятся в шикарные крылья на полспины. Мастером также является Паша, и эскиз принадлежит тоже ему. Работу мы начали довольно давно, но по моей вине никак не можем закончить.
Фотографии Тимофея Балдина
Нам нужна ваша помощь! It’s My City работает благодаря донатам читателей. Оформить регулярное или разовое пожертвование можно через сервис Friendly по этой ссылке. Это законно и безопасно.