Сделано в Екатеринбурге: Сумка-баррикадка

Специально для It’s My City Дмитрий Колезев написал о необычном стартапе. Его знакомый Евгений Потапов – бывший милиционер, ныне совладелец двух информационных агентств, политтехнолог, ведущий одного фотоблога – изобрел кожаную сумку-баррикадку. Что это за сумка, для чего она нужна, кто вдохновил Евгения на ее создание, сколько денег автор потратил на реализацию своей идеи – об этом и не только вы узнаете из нашего материала.

У меня есть старший товарищ – Евгений Потапов. Ну как – товарищ? Знакомый. Я бы сказал, шапочный знакомый: мы и разговаривали-то до недавнего времени раза три. Когда встретились в последний раз, я даже не сразу вспомнил, на «вы» мы общаемся или на «ты». Вопрос был непраздный, потому что мне 28 лет, а Потапову – 46. Как обращаться, сразу не сообразишь. Потапов – бывший милиционер, ныне совладелец двух информационных агентств, политтехнолог, ведущий одного фотоблога и вообще довольно умный дядька, почти каждый пост на Facebook хочется плюсануть.

Собственно, в Facebook он мне и написал: надо встретиться, предмет для разговора – «неожиданный». Какой, спрашиваю? «Я стал автором кожаной сумки», – отвечает Потапов.

Это было что-то новое. Я встречал авторов научных статей, детективных романов, заявлений в полицию. Знавал даже одного автора поэмы на фарси. Но автора кожаной сумки не встречал никогда. Поэтому поспешил встретиться, смутно подозревая, что «кожаная сумка» в данном случае – это какой-то эвфемизм.

Оказалось, нет: самая настоящая сумка. Сидя за столиком в «Маноло пряник», Потапов торжественно вручил мне бумажный пакет без опознавательных знаков, внутри которого притаилось нечто кожаное, с металлическими деталями, издалека напоминающее презент из магазина для садомахозистов.

– Это – сумка-баррикадка, – гордо объявил Потапов и рассказал историю.

Примерно год назад, когда ходить на оппозиционные митинги стало относительно модно, протестные мероприятия получили неожиданную подпитку за счет хипстеров. Вместо того, чтобы пить смузи и есть митболы (впрочем, тогда еще митболы, кажется, назывались просто тефтелями), они мерзли на митингах, чем ужасно раздражали милиционеров. Милиционеры – не те, что стоят на митингах в оцеплении, а те, что сидят в кабинетах и придумывают разные хитрости – решили бороться с хипстерами при помощи специально запущенных слухов. Главный слух был таким: карманники всего города, прознав, что увешанная гаджетами молодежь стала появляться на митингах, активизировались и теперь ловко работают в толпе. Пока с трибуны клянут Путина, они то айфон стащат, то айпэд подрежут. Хипстеры должны были перепугаться и остаться дома.

Неизвестно, подействовала ли уловка. Но на бывшего милиционера Потапова она произвела впечатление. Он стал думать, куда бы ему, пусть и не хипстеру, положить свой айпэд и айфон, чтобы их не стащил карманник. Или чтобы они просто не выпали в давке. Или чтобы проходящий мимо ОМОНовец не раздавил их случайно.

Потапову подумалось, что неплохо было бы иметь какую-то небольшую сумку, которую можно было бы носить на груди или на животе. Она должна быть компактной, достаточно вместительной, чтобы влез айпэд, при этом не сковывать движений, не спадать, не мешать в толпе.

– Я гуглил, гуглил и ничего не нашел, – говорит Потапов.

И он решил создать такую сумку сам. Вероятно, это ключевой момент истории, который отличает Потапова от большинства обычных людей. Мне бы как-то и не пришло в голову самому делать сумку, потому что я не нашел нужную в магазине. Ну а Потапов вот взял и сделал.

Сделал, конечно, не сразу. Стал рисовать эскизы, потом обратился к кожевенным дел мастерам, нашел дизайнера. Измерял айпэды, на практике изучал свойства кожи и прочность заклепок. Менял выкройки, подбирал ремни разной длины. Потратил миллион рублей. Жена сначала вздыхала, потом смотрела косо, потом сказала: «Больше – ни копейки».

Шли месяцы. Хипстеры перестали ходить на митинги. Потом прекратились сами митинги. Режим устоял. А Потапов все делал свою сумку, для которой придумал хорошее название – «баррикадка».

Спустя год стараний бывший милиционер и совладелец двух информагентств Потапов, наконец, создал образец, годный для запуска в серийное производство. Получилась необычная конструкция: что-то вроде небольшого кожаного портфеля, который крепится на груди с помощью двух ремней. Помещается только самое необходимое: айпэд, айфон (при этом торчит краешек с камерой, можно включить видеозапись), паспорт и банковская карта. Больше хипстеру на баррикадах не нужно ничего, решил Потапов.

Оказывается, до моего товарища изготовить такую сумку действительно никто не догадался. Потапов даже смог получить на нее патент. И теперь никто в мире не имеет права делать подобные сумки, один только наш земляк. Он хочет продавать их по 5-6 тысяч рублей, но интернет-магазины пока отказываются брать. Ему кажется – из-за политической подоплеки товара.

Я не знаю, чем закончится эта история. Примерно девять шансов из десяти, что сегодня первый и последний раз, когда вы услышали о сумке-баррикадке. Есть небольшая вероятность, что Потапову удастся продать несколько тысяч сумок и окупить вложения. А может быть, кто знает, сумка-баррикадка переживет меня, Потапова, путинский режим и доживет до того времени, когда слово «хипстер» будет использоваться в словарях с пометкой «устар.». Может быть, когда-нибудь она станет модным и распространенным аксессуаром. С ней будет ходить пожилая Леди Гага. Может, потомки Потапова будут получать отчисления за каждую проданную баррикадку. Может, ее будут носить все, и никто не вспомнит, откуда пошло странное название (как никто не помнит, откуда взялось название плаща-тренчкота, «траншейного пальто»).

Лично я подаренную мне сумку пока так и не надел. Просто не могу придумать, куда бы мне с ней пойти. Митингов-то нет. А возможно, я просто недостаточно прогрессивно мыслю для такого аксессуара.

Вероятно, в этом и есть разница между мной, обычным человеком, и Потаповым.

Мне 28 лет, и я уже чувствую себя слишком взрослым, чтобы позволять себе даже небольшие авантюры. Мне и покупка банановой зубной пасты кажется чем-то слишком экстравагантным. А Потапову – 46, и он посвятил целый год своей жизни созданию кожаной сумки. Когда в следующий раз жизнь предложит попробовать мне что-то новое, я вспомню об этом и скажу себе: «Почему бы и нет?».

Если увидите на улице человека со странным кожаным конвертом на груди, помашите ему рукой. Возможно, это я.