В конце сентября в Екатеринбург заглянул Илья Осколков-Ценципер — основатель журнала «Афиша», института «Стрелка» и агентства Tsentsiper, соавтор культовой концепции московского парка Горького и один из создателей нового сайта «Почты России». Гостя ждали на стройплощадке дома «Кандинский», преобразованной на время строительства в пространство для встреч в формате talk&drink.
За пару часов до того, как снующих по дому рабочих в белоснежных касках сменили жадные до диалога бизнесмены и светские львицы, Осколков-Ценципер поделился с It’s My City мыслями о смазанных ценностях урбанистики, творческом кризисе и необходимости ошибаться. В этом материале мы собрали любопытные, на наш взгляд, выдержки из пятнадцатиминутного разговора в бетонном сердце «Кандинского».
О публичном диалоге
«Возможность дискоммуникации — важный компонент диалога. Сразу делается интересно, хочется говорить и не хочется — облажаться»
— Я страшно не люблю лекционный жанр и подхожу к выступлениям с открытым сознанием, рассказывая о том, что интересно пришедшим — людям неглупым и не противным. Лекциям место на YouTube. А в публичном общении мне интересен челлендж. Ведь возможность дискоммуникации, неудачи — важный компонент диалога. Сразу делается интересно, хочется говорить и не хочется — облажаться.
Об известности
«Известность больше не подразумевает, что всё в вашей жизни должно быть изумительным и непохожим»
— Ещё недавно известные люди казались обществу небожителями, а сегодня расстояние до них сократилось до вытянутой руки. Произошло очеловечивание идеалов, и это — очень важный процесс. Сама идея существования небожителя (неважно, будь он политическим лидером или художником) предполагает отказ от критики, что всегда плохо.
Известность больше не подразумевает того, что всё в вашей жизни должно быть изумительным и непохожим на жизнь остальных.
О горизонтах планирования
«Имел ли я представление о том, что получится из «Стрелки»? Или из парка Горького? Или из Yota? У меня были вектор и определённое видение, которое меняется каждый день — и это правильно, потому что никогда нельзя предусмотреть всего»
— В один момент я разуверился в необходимости создания идеальной концепции. Концепция — самое начало работы, а финал этой работы формируется методом делания. Мой интерес к тенденциям, воздуху и запаху времени неразрывно связан с получением видимого результата. Иначе — скучно. По этой причине горизонт событий, о котором я размышляю, составляет от силы 15 лет, а скорее — полтора года.
Имел ли я представление о том, что получится из «Стрелки»? Или из парка Горького? Или из Yota? Когда я занялся каждым из этих проектов, у меня были вектор и определённое видение, которое меняется каждый день — и это правильно, потому что никогда нельзя предусмотреть всего. Подобным образом, на основе фидбэка, сегодня создаются и дорабатываются мобильные приложения.
Мне интересны быстрые итерации, нравится совершать ошибки, поправлять их на ходу и находить новые пути. Такой способ проектирования сегодня кажется самым актуальным. С этим отчасти связано моё постоянное раздражение, направленное в сторону приятелей и коллег-архитекторов: в силу того, чем они занимаются, им нужно сначала всё полностью придумать, а затем просто сидеть и ждать, когда придуманное построят.
Нельзя изменить на ходу пятый этаж здания, ведь тогда упадёт шестой. Однако в архитектуре и строительстве (как и в медицине, например) всё в конечном итоге придёт к такому способу проектирования — разумеется, с соблюдением определённых точек невозврата. Скажем, о будущем облике «Кандинского», в котором мы сидим, уже всё понятно, так как основополагающие конструктивные решения уже приняты.
Вообще, любой проект — это стартап. Зачастую всесторонне обдумать, изучить предмет стоит дороже, чем начать делать и ошибаться. В конечном итоге метод проб и ошибок вынесет туда, куда нужно. Главное — делать что-то руками.
О команде
«Никому не интересно быть чьей-то пешкой, инструментом в чужих руках»
— Подбирая команду для очередного проекта, я начинаю, как сам это называю, «обогревать атмосферу», излучать определённую энергию, присматриваться к людям. Важно вовремя понять, что контакта с человеком не сложилось. И чем раньше вы друг другу в этом признаетесь — тем веселее будет жизнь обоих.
С другой стороны, если такой контакт сформировался, нужно научиться извинять, допускать и давать людям возможность быть разными. Даже если человек в два раза моложе тебя и ничего не имеет — к нему нужно относиться серьёзно, давая возможность соавторства. Никому не интересно быть чьей-то пешкой, инструментом в чужих руках. Людям интересно партнёрство.
О профессионализме и вдохновении
«Со знанием того, что точно не ошибёшься, сложно достигнуть нового интересного результата»
— Я ценю кропотливость и профессионализм, но профессионализм сам по себе, без вдохновения, мало что даёт. Если мы выглянем в окно — увидим много зданий, построенных профессиональными архитекторами, но выглядят они как полное говно.
Существует масса вещей, в которых я считаю себя профессионалом, однако важнее — момент, когда можно позволить себе не знать чего-то и допускать ошибки. Со знанием того, что точно не ошибёшься, сложно достигнуть нового интересного результата.
Если бы ЦПКиО имени Горького придумывала самая главная парковая компания в мире (а такие существуют), то первые результаты мы увидели бы спустя пять лет после начала работы. Профессионалы сделали бы корректный и качественный проект навигации и ландшафта. Но, вообще-то говоря, современный парк Горького — не об этом. Именно оттого, что я не являюсь специалистом по парковому дизайну, в Москве появилась новая странная вещь, ни на что не похожая.
О жизни идей
«Жаль, когда выясняется, что урбанистика была только об этом: о лекциях в парках и велосипедных дорожках»
— Я наблюдаю за тем, как мои идеи, реализованные в Москве, адаптируются в регионах. Ваше издание — потомок The Village, а оно, в свою очередь — «Афиши». Таким образом, вы являетесь моим внуком.
Многие вещи копируются не на уровне сути, а на уровне поверхностных проявлений, и — пусть меня самого не интересует бездушное копирование формы — от этого мир улучшается. Однако порой копирование превращается в несусветную пошлость — как в случае с урбанистикой.
С одной стороны, «Стрелка» сильно поспособствовала перемещению фокуса общественного внимания к городскому пространству, сделала урбанистику модной. С другой — превратила ее в некий политический инструмент, орудие критиканов и очень упрощённого журналистского понимания предмета.
Жаль, когда выясняется, что урбанистика была только об этом: о лекциях в парках и велосипедных дорожках. Пусть, ради бога, всё это существует, однако не стоит путать общественную дискуссию со знаниями людей, которые правда могут просчитать транспортную модель для города Екатеринбурга. Урбанистика — это про математику, правила землепользования и скучные вещи, в которых регулярные люди не обязательно разбираются.
Об эпохе и её лицах
«Российская культура переживает редкую эпоху кризиса. Я скорее не поверю, если мне расскажут о выходе нового неплохого фильма»
— Если говорить о тех, кто делает что-то интересное в России, я назову Германа Грефа. У меня вызывает огромное уважение то, что он сделал со Сбербанком — непонятно, как, но сделал.
Мне интересна новая волна людей, которые создают научные, образовательные и просветительские проекты — от «ПостНауки» до «Арзамаса». Я не вижу очевидного лидера, но вижу, например, бывшего коллегу Филиппа Дзядко или Ивара Максутова. Они делают нужные и достойные вещи.
Абсолютно грандиозный человек — Анна Федермессер, президент фонда помощи хосписам «Вера». В благотворительности сейчас много сильных людей и это важно.
А вот творческих историй сегодня меньше, чем хотелось бы. Существуют любопытные люди, но в целом кажется, что российская культура переживает редкую эпоху кризиса. Я скорее не поверю, если мне расскажут о выходе нового неплохого фильма, и мне нужно собраться с силами, чтобы отправиться в театр. Мы производим мало культурного продукта, конкурентоспособного глобальным образом.
Конечно, политические причины приложили к этому руку, ведь для творчества важны надежда и планы на будущее. Однако эти причины не мешали творить Даниилу Хармсу в известные времена, да и в период гражданской войны было сделано много чего интересного. Существует какая-то более общая проблема.
Мы как подростки: пока не поймём, кто нам нравится больше — мужчины или женщины — временами ведём себя неадекватно и агрессивно. И очень интересно, что с нами получится, когда мы, как говорится, «figure it out». Когда мы поймём себя.
Фото: Антон Сметанин, Любовь Шеметова
ТЕКСТЫ ПО ТЕМЕ:
Нам нужна ваша помощь! It’s My City работает благодаря донатам читателей. Оформить регулярное или разовое пожертвование можно через сервис Friendly по этой ссылке. Это законно и безопасно.