В год в Свердловской области пропадает больше 1000 человек, в том числе дети. Почему так происходит

За шесть месяцев 2023 года в Свердловской области пропали более 600 человек. Об этом сообщил региональный представитель отряда «ЛизаАлерт» Александр Палихов на пресс-конференции ТАСС. При этом за весь 2022 год поисковый отряд зарегистрировал более 1000 заявок на поиск людей разных возрастов. В 7–8% случаев пропавшие были найдены мертвыми, 1–2% поисков заканчиваются ничем, то есть люди остаются пропавшими без вести. 

«Родители на работе, дети предоставлены сами себе»

По словам руководителя поискового отряда «Прорыв» Николая Волкова, пик пропаж приходится на лето, когда взрослые люди и пенсионеры уходят рыбачить или собирать грибы и ягоды в лесах. В это же время года пропадают чаще и дети.

— В летний период дети теряются чаще, так как родители на работе, а дети, если их не записали в кружки, предоставлены сами себе, — утверждает Волков.

Есть несколько групп риска, которые пропадают чаще остальных. Это подростки от 11 до 18 лет, которые могут сбегать из дома из-за конфликтов в семье, отношений со сверстниками, в поисках приключений и по множеству других причин. Еще одна большая и опасная группа — это маленькие дети от 3 до 7 лет

— У таких детей не сформирован бэкграунд, нет ощущения опасности. Зачастую родители понятия не имеют, на что способны их трехлетки, насколько они бесстрашные. Чувство опасности надо прививать. Между деревенскими и городскими детьми огромная пропасть. У деревенских детей привито чувство опасности, за счет чего они либо реже пропадают, либо их поиски заканчиваются благополучно, — рассказал координатор детских поисков «ЛизыАлерт» Станислав Казаков.

«Чувство опасности» прививается профилактикой и разговорами с детьми о мерах предосторожности. Однако многие ситуации, например, с восьмилетней Кирой, которая пропала в конце прошлой недели в Компрессорном районе, показывают, что детям не разъясняют, что можно и нельзя делать на улицах, уверен Казаков.

— Последняя история с Кирой — это история про «не ходи со взрослыми», и в этом случае она не сработала совсем. Поэтому очень не хватает профилактики, мы хотим продолжать работать в этом направлении, с родителями в первую очередь. Но одна лекция «ЛизыАлерт» — это не панацея, профилактикой должны заниматься родители каждый день, — добавил Станислав Казаков.

Вот что еще предлагает делать отряд: 

• разговаривать с детьми о том, с кем можно и нельзя общаться на улице; 
• разъяснить, что нельзя ни с кем уходить, даже со знакомыми взрослыми;
• одевать детей в яркую одежду, особенно, если предстоит поездка в лес; 
• класть в карман записку или делать нашивку с домашним адресом и номерами телефонов родителей;
• ребенок должен знать имена и номера телефонов родителей, а также экстренных служб;
• объяснить, что никто не имеет права прикасаться к интимным местам ребенка. 

Самые громкие истории с пропажей детей за последние месяцы

Девочка Кира пропала днем 26 июля возле дома на улице Латвийской. Она ушла гулять одна во двор, а спустя несколько часов ее мать обнаружила, что ребенка нигде нет. Весь день 27 июля Киру искали волонтеры и полиция, в итоге ее нашли в квартире в соседнем доме, у незнакомого мужчины. По версии следствия, Андрей Петухов (так зовут мужчину) предложил девочке поиграть с щенком, живущим у него дома.

Мужчину обвиняют в совершении действий сексуального характера в отношении Киры, но что именно произошло, пока не раскрывается. Петухов утверждал, что он просто с ней разговаривал, но никакого вреда ребенку не причинял. 29 июля Октябрьский районный суд Екатеринбурга арестовал мужчину на два месяца.

Еще один громкий случай с пропажей ребенка произошел в конце июня этого года, когда в Екатеринбурге пропал шестилетний Далер Бобиев. Его искали несколько дней больше тысячи человек, но затем оказалось, что он был мертв уже около полугода, а его тело спрятала опекун Вероника Наумова в своем гараже. По предварительной версии, мальчик мог захлебнуться водой в ванной.

Веронику Наумову обвиняют в истязаниях и убийстве мальчика, а также в мошенничестве. По версии следствия, не сообщив о смерти ребенка, Наумова в течение нескольких месяцев продолжала получать ежемесячные выплаты на него. Она заявляла, что готова доказывать следствию и суду, что мальчик погиб из-за несчастного случая.