«It’s My City» в рамках спецпроекта «Ручная работа» продолжает рассказывать о людях самых разных полов и возрастов, тела которых украшены татуировками. В этот раз нашему фотографу Тимофею Балдину удалось поговорить со студенткой «New York Film Academy» Полиной Колесниковой перед самым отъездом девушки в Америку на девять месяцев. За время небольшого интервью Полина рассказала о том, почему не стоит перебивать старые рисунки, как выбрать подходящего мастера и возможно ли уснуть во время работы татуировщика.
У меня две татуировки на руке, одна на спине, состоящая из 11 элементов, и еще одна на ноге.
Первую татуировку, которая у меня на ноге, я сделала, как только мне исполнилось 18 лет. Я пошла в салон, мне набили иероглиф на пятке, и это было круто и модно. После я даже пожалела, что сделала эту татуировку, и хотела перебить ее, но как-то раз я поехала в Голландию на фестиваль театров, где работала переводчиком, и познакомилась с парнем из Гонконга. Он мне сказал, что моя татуировка на пятке — отличная, потому что и на японском, и на китайском этот иероглиф значит одно и то же слово, плюс ему понравилось, как был набит рисунок. В итоге я решила, что раз носитель языка мне говорит, что татуировка крутая, значит не стоит ничего с ней делать, да и не нужно «перебивать» ошибки молодости.

Вторая татуировка — это анатомическое сердце, которое мы рисовали с Наташей Пастуховой (Н. Пастухова — создатель марки Hello Pepe — прим. IMC). Мне просто нравится этот рисунок, он красивый. В итоге у нас вышло сердце-ягодка. Уже позже, когда я стала подбивать картинку, то сделала еще надпись «100% Урал». У Наташи на ценниках на футболках была надпись «100% хлопок, 100% Урал». Во-первых, мне нравились сами эти слова, во-вторых, уже тогда я начала задумываться об отъезде и решила, что если я уеду, то хочу, чтобы у меня на коже было набито, что я — с Урала.
Следующая татуировка — это одиннадцать колец на спине. Они все разной формы, разного цвета, разного размера. Каждое кольцо ассоциируется с человеком или событием, которые изменили мою жизнь. Похоже, что скоро колец будет больше!
После колец я набила виноград со штопором. Это логотип какой-то винной компании, я его нашла в Интернете. В то время я работала в «Винотеке Соловьева» и постоянно искала разную информацию и картинки о вине, и как-то раз наткнулась на эту. Она мне очень понравилась, мне прямо захотелось набить ее, что я и сделала. В итоге я посвятила ее винотеке.
Я делаю татуировки, просто потому что хочу. В итоге они становятся частью меня, чем-то, без чего я была бы не я. Когда я делаю татуировку, то каждый раз понимаю, что это то, чего мне не хватало.
Все татуировки (кроме самой первой) мы ходили делать с Наташей. И она держала меня за руку сначала. Точнее, я держалась за ее ногу. Потому что первые секунды – они самые волнительные, и очень нужна поддержка друга.
Всем друзьям мои татуировки нравятся, «100% Урал» - это вообще хит. Вообще, все хотят набить себе такую, но в итоге пока что только мой бойфренд сделал такое же сердце с такой же подписью. Мы решили, что татуировки вместо обручальных колец будут.
Когда я пришла к маме в прошлом году и показала ей анатомическое сердце, она долго возмущалась, а потом спросила, почему сердце, а не хуй? В итоге, я сказала, что следующая татуировка будет именно такая и я посвящу рисунок ей. А все остальные татуировки мама не видела, и я жутко боюсь ей их показывать. Но так как я сейчас уезжаю в США на девять месяцев, и мама приедет ко мне только в марте, я скажу, что во всем виновата Америка, что меня поймали, связали и сделали мне татуировки.
Татуировки на работе мне не мешают. Когда я работала на портале «KulturMultur», там всем было без разницы: есть татуировки или нет. Когда я устраивалась PR-менеджером в «Винотеку Соловьева», то немного переживала, но в итоге к моим рисункам там нормально отнеслись.
Если вам есть с татуировщиком, о чем раздуть, и вы понимаете друг друга, и если ты приносишь ему надпись «100% Урал», и он не говорит, что ты сошла с ума, то, скорей всего, это твой мастер. Когда татуировщик поддерживает тебя в том, что ты делаешь, а после не говорит своим друзьям: «Прикинь, она бабочку набила!», то, мне кажется, с ним стоит работать.
Я о своих татуировках не жалею и свести их не хочу. Если ты что-то набил себе, а потом оказалось, что это немодно, неклассно, немного пошловато, и все говорят, что это «что-то не то», то фиг с ними со всеми. Это то, что ты есть, то, что ты сделал. Татуировки – такие же твои поступки, и о них не нужно жалеть, как и ни о чем другом в жизни. И потом, я не считаю, что рисункам на теле нужно придавать какое-то великое значение.
Кстати, раньше я думала, что все истории, когда люди говорят, что уснули, пока им делали портак — это хвастовство. На самом деле, это не так. Когда мне кололи кольца на спине, я была такая уставшая, что уснула. В итоге эту татуировку делать было спокойно и хорошо. А вообще многие люди делают татуировки, потому что им просто нравится это физическое ощущение, это как наркотик. Если ты начинаешь делать татуировки, то уже не можешь остановиться.