Ручная работа: Анна Воротилова о своих татуировках

«It’s My City» в рамках спецпроекта «Ручная работа» продолжает рассказывать о людях самых разных полов и возрастов, тела которых украшены татуировками. На этой неделе речь пойдет об Анне Воротиловой — первом человеке из нашего спецпроекта, который сводит один из своих рисунков на теле. О том, как происходит этот процесс и сколько это стоит, а также о многом другом – в нашем тексте.

Первая моя татуировка — иероглиф. Ее я сделала в 10 классе. В то время иметь татуировку было очень модно. Она была маленькой, набил мне ее известный в городе мастер Чапай самодельной машинкой. Я тогда встречалась с молодым человеком, музыкантом, который весь был в татуировках. И мы сделали одинаковые иероглифы, значение которых — счастье. Постепенно картинка стала синей, и я снова пришла к Чапаю и попросила ее перекрыть или вписать в новый рисунок. В итоге мы так вписали этот иероглиф, что теперь у меня забит весь левый бок. Зато старую татуировку не видно.

Вторую татуировку я сделала через год. Это картинка с Багз Банни, которую сейчас я пытаюсь свести. Набили мы этот рисунок случайно. Как-то раз я приехала к Чапаю с желанием сделать новую татуировку, мы выбрали мультяшного героя, который мне нравится, и все сделали.

Третья татуировка — это бабочка на ноге. Делать ее было очень больно. У меня было чувство, словно мне лезвием режут по коже. Сделали мы эту татуировку всего за один сеанс. Мастер сказал, что часть картинки со временем выпадет, из-за не самого удобного месторасположения тату, но пока все нормально, и рисунок мне очень нравится. Я считаю, что эта татуировка была более обдуманной, нежели первые две. Именно после нее все мои рисунки стали похожи по своей теме, поэтому я и решила заменить Багза на что-нибудь более красивое.

Четвертая татуировка у меня на спине. Это цветок, ирис. С этим рисунок у меня многое связано. В то время я уже встречалась со своим нынешним молодым человеком, и как-то раз весной он привез меня домой, и я в окошке увидела первую радугу после долгой зимы. Так как у меня уже была идея сделать татуировку и посвятить ее нашим отношениям, я решила все это связать. Оказалось, что ирис в переводе с греческого означает «радуга». В общем, поэтому я и набила именно этот цветок. А уже этим летом я добавила к татуировке первые буквы наших с ним имен. Я считаю, что даже если мы расстанемся, я все равно не буду ничего делать с этой татуировкой, так как с этими отношениями у меня связано много разных хороших воспоминаний. Изображение ириса я нашла случайно в Интернете, выбрала самый красивый.

В моей последней, большой татуировке много разных элементов: там есть лилии и птица колибри. Правда, если судить по размеру, на колибри птица не похожа. Мне все говорят, что это почти ворона. Этот рисунок появился из-за попытки вписать мой иероглиф в новую татуировку. Его делали два разных мастера. Мы начали с того, что Чапай одну часть иероглифа вписал в цветок. А потом я пошла в тату-салон к другому мастеру — Георгию Воронкову. В итоге с ним мы и продолжили татуировку. К готовому цветку мы добавили еще один и дорисовали все остальное. Если смотреть внимательно на татуировку, то заметно, что ее делали два разных мастера. Гоша любит реализм. Он сам нашел фотографии цветов и колибри, придумал для них фон и перенес все это на тело. Эту татуировку мы сделали за четыре сеанса.

Следующую татуировку я пойду делать только к Гоше. Он очень милый, добрый и скромный. При этом раньше я всегда думала, что люди, забитые татуировками, брутальные и недружелюбные. Главное — мы доверяем друг другу. Я Гошу стригу, он мне делает татуировки.

Недавно я начала сводить старую татуировку с Багз Банни, и это очень больно! Намного больнее, чем было набивать рисунок. Пока даже не знаю, решусь ли я на второй сеанс. Суть процедуры заключается в том, что лазер проникает под кожу и разбивает краску, которая внутри. Постепенно она выходит, и рисунок после нескольких сеансов становится бледней. После первого сеанса до второго должен быть перерыв 4-6 месяцев. Как только картинка станет не такой яркой, я ее перекрою. Мне приходится это делать, потому что рисунок, который я перебиваю, очень темный, и забить сверху его можно, пожалуй, только черным квадратом. Стоит сводить татуировку почти столько же, сколько набивать. После первого сеанса часть кожи, где была картинка, покрывается коростой, которая болит и чешется. Так что хорошо подумайте, прежде чем набить необдуманную татуировку.

На первую татуировку денег мне дала мама. Правда, пришлось ее долго уговаривать. Об остальных татухах она не знала долгое время. Этим летом мы выбирали вместе мне платье, и она случайно заглянула в примерочную, когда я переодевалась. Она была не в шоке, конечно, но сильно не обрадовалась. Сейчас она уже привыкла вроде бы, хотя постоянно просит меня больше ничего не делать.

Все мои татуировки расположены так, что я всегда могу закрыть их одеждой. Обычно видно только одну мою татуировку — ирис, и то только летом, когда я хожу в платье с открытой спиной.

Я бы сделала татуировки на открытых частях тела, но пока не уверена, что могу это себе позволить. Если бы у меня было много денег и мне не надо было думать о будущем и работе, я бы могла забить примерно 50% своего тела, не стала бы делать татуировки только на лице, шее и груди. Эти места должны оставаться женственными.

Я парикмахер, и на работе к моим татуировкам относятся спокойно. Иногда люди, когда видят рисунки на теле, даже говорят, что сразу видно, я — человек творческий. Хотя вообще, по образованию я — юрист. Поэтому я не делаю татуировки на руках, например, вдруг однажды мне придется сменить профиль. Кстати, даже в нашей профессии иногда встречаются клиенты, которые брезгуют работать с мастером, у которого на руках есть татуировки.

У моего молодого человека нет татуировок. К моим он относится нормально. Говорит, никогда не думал, что татуировки могут быть такими красивыми. А вот родители моего молодого человека негативно относятся к рисункам на теле. Хотя они такого же возраста как мои родители, но их отношение, наверное, больше связано с устаревшими взглядами, что татуировки делают лишь люди с неблагополучной репутацией. Но мне кажется, что нельзя оценивать человека по наличию татуировок или их отсутствию, ведь люди все разные.

На последнюю татуировку я потратила около 17 тысяч рублей, на ирис — 4 тысячи, на бабочку около 2 плюс примерно столько же на иероглиф и Багза Банни. Если к этому прибавить деньги, которые ушли на первый сеанс сведения тату, то выйдет около 30 тысяч рублей на все. Ужас! Я только сейчас задумалась о том, сколько денег на все это ушло!

К своим татуировкам я отношусь очень легко. Есть они и есть.

Фотографии Тимофея Балдина