Понаехали: Кристина Горланова о хамстве русских, странностях британцев и любви к работе

Кристина гостеприимно позвала меня домой, предложила пять видов чая на выбор и вкуснейший мармелад из Laduree. В ее светлой квартире с такими непривычными для Лондона высокими потолками мы увлеченно и долго обсуждали хамство россиян, схожесть нашего менталитета с китайским и опасность здешних районов, полных выходцев с Ближнего Востока, пока со всех полок на нас смотрели слепки лиц Кристининых друзей, матрешки, газетный человек и манекен без штанов, но почему-то в галстуке и в маске свиньи.

Я приехала в Лондон три года назад. Мне дали визу буквально в последний момент, и я сразу приступила к учебе. Изначально, все друзья говорили, что изучать фотографию нужно в Лондоне либо в Нью-Йорке, а поскольку у меня маленький сын, я решила уехать куда-то поближе. Хотя, если честно, оба города меня не привлекали: мне хотелось туда, где тепло и море близко. Перебрав разные варианты, я остановилась на University of the Arts London, тем более, чтобы поступить в этот университет, достаточно было съездить на вступительные экзамены в Москву. Я довольно легко прошла интервью, им понравилось мое портфолио, проблемы возникли только с языком. Поскольку в моем портфолио были некоторые работы, связанные с модой, мне еще и предложили изучать fashion, но я сказала отказалась. Так все и получилось!

Первое время в Лондоне мне было сложно и грустно, потому что рядом не было Нико — моего сына. Я достаточно сильно переживала и очень скучала по нему, своему бойфренду и нашей дружной семье. За три года ничего не изменилось: как ты скучал по ним, так и скучаешь. Но Skype решает! У меня есть обязательный час в день, когда мы общаемся с Нико: я читаю ему книги, он рассказывает про свои дела, а каждое утро мы разговариваем с родителями. И хотя здесь у меня появилось много друзей и все уже стали родными и любимыми, все равно не хватает тех, с кем ты дружишь с детства.

Домой я летаю каждые каникулы, провожу в Екатеринбурге все лето и по месяцу зимой. Поскольку предполагается, что на каникулах ты усердно учишься, я много работаю дома. Мне очень помогают мои бойфренд и папа, я часто прошу у них совета, особенно в каких-то технических вопросах. У меня постоянно возникает необходимость в какой-нибудь подставке для работы или рамке, а это легче сделать самой и дома, чем бегать по Лондону с тяжелым бруском дерева. У нас даже была такая шутка: «Кристина на третьем курсе фотографии занялась столярным делом». Но родители меня сильно в этом поддерживают, и теперь дома меня ждет новая, свежевыкрашенная студия. Не могу дождаться скорее увидеть ее!

В бытовом плане в Лондоне не возникало никаких проблем. Я сразу купила себе велосипед, два замка для него и посмотрела в Интернете, как нужно правильно его пристегивать. Все меня пугали, что велосипед обязательно украдут. Но все в порядке, он все еще со мной.

Англичане прямо инопланетяне для меня! У меня есть несколько друзей — коренных британцев, и они очень странные. Они любят подменять правду вежливостью, и меня это поначалу возмущало. На занятиях, когда я видела чью-то работу, то могла спокойно сказать: «Нет, ну что это за ерунда?» — и вся группа смотрела на меня круглыми глазами, потому что сами они ничего кроме «nice-nice» сказать не могут. Вся критика у них очень вялая или замаскированная. При этом англичанин может, например, сказать тебе «только без обид», а после наговорить ужасно обидных вещей. И ты не имеешь никакого морального права обижаться, они ведь предупредили, что без обид. Зато британцы очень вежливые, и это приятно, в них это качество воспитывают с детства, особенно у мальчиков.

Приехала я сюда жутким снобом. Думала: «Какой Лондон, да что я тут вообще забыла? Не хочу тут жить!» Но нужно признать, что точка зрения изменилась. Наверное, я поначалу здорово задирала нос, но только до тех пор, пока я не вернулась на первые каникулы домой. Разницу чувствуешь мгновенно. Уровень хамства просто зашкаливает. Но я все равно считаю, что как бы ни было дома плохо – там все равно хорошо и нам есть, куда расти!

Я слышала несколько историй о том, как люди не могут приспособиться к жизни здесь, рвутся домой и сходят с ума, но мне это совершенно непонятно и незнакомо. К счастью, среди моих знакомых ни у кого таких припадков не было!

В русские рестораны я не хожу. Иногда готовлю себе гречку и блины, но только потому, что молока мы с соседом покупаем много и иначе оно просто скисает. Пару раз я готовила борщ, но не из-за ностальгии, а для друзей. Очень люблю копченую колбасу и обычно привожу из Екатеринбурга палку, но опять же скорее не для себя, а для соседа из Китая, который ее обожает. Мои британские друзья прочно подсели на русский шоколад, так что его тоже приходится привозить частенько.

Поначалу я совершенно не понимала британский акцент и ужасно говорила сама, наверное, даже хуже, чем я думала, когда ехала сюда, и в этом была небольшая трудность. Но мне повезло встретить ребят, которые, конечно, надо мной смеялись, когда я делала ошибки, но при этом всегда меня понимали.

Первый год я провела в общежитии, в крохотной комнатке, и друзья бросались шуточками из серии «садишься на унитаз и упираешься носом в раковину», «встаешь с кровати и оказываешься за столом». Да, это всё правда. Но было хорошо. Только вот грязная общая кухня немного раздражала: по соседству жили две британские девочки-свинюшки.

Сейчас я нахожусь в процессе своей второй интернатуры в Лондоне. Первую я делала для дуэта потрясающих ребят-фотографов, которые приходили к нам на лекцию и искали интернов для помощи в подготовке книги. Они делают замечательные снимки, которые мне очень нравятся, но когда ты узнаешь, что стоит за этими снимками, то понимаешь, что это скука смертная. Ты ведь делаешь это не для себя, ты в этом не душой, и твое имя под фотографиями не стоит. Работа была жутко скучная, приходилось делать кое-какие исследования и немного редактировать визуальную часть для их книги. Я работала из дома и видела своих работодателей буквально пару раз. При этом тебе ничего не платят, навыков ты приобретаешь ноль и максимум, что получаешь, это рекомендацию, в которой они напишут, какой ты усидчивый раб. Через два месяца мне это надоело.

Теперь я прохожу интернатуру в галерее TATE, для которой тоже искали помощников в нашем колледже. Моя задача – посещать различные симпозиумы, воркшопы и лекции, делать снимки и потом думать, как это удачнее всего отобразить на сайте. Главная приятность состоит в том, что я могу встречаться с различными художниками и выбирать себе мероприятия по душе.

В свободное время я иногда бегаю, гуляю по паркам, обожаю смотреть кино – оно меня вдохновляет. Люблю ходить на рынки за свежими цветами и продуктами, люблю готовить, а самое главное – люблю есть.

Мне повезло заниматься тем, чем я действительно хочу. Вдвойне повезло, что семья меня полностью поддерживает. Иногда я жалуюсь папе, что, возможно, никогда не заработаю тех денег, которые он вложил в мою учебу, на что он с усмешкой отвечает: «Успокойся, ты же девочка!»

Моя учеба, свободное время и работа неотделимы друг от друга и сливаются в одно. Можно сказать, что я целыми днями лоботрясничаю или, наоборот, без конца тружусь. В русском понимании работа — это то, что тебе делать не нравится, а я свою люблю, и мне она не надоедает.