Личное дело: Как живут молодые ученые в Екатеринбурге?

Одна из самых стереотипных сфер деятельности – это, пожалуй, наука. Кого вы представляете, когда слышите слова «ученый», «научный работник»? В худшем случае это человек неопределенного возраста, сгорбившийся над установкой и заросший пятилетней бородой, в лучшем – Шелдон Купер из сериала «Теория большого взрыва». Недавно я пообщалась с тремя удивительными ребятами. Знакомьтесь: Настя, Сережа и Саша. Им по 25 лет, у каждого своя научная сфера, своя реальная история. О том, какие они, современные молодые ученые, читайте в материале для IMC.

О пути в науку

В первую очередь меня интересует, как так получилось, что ребята решили заниматься именно наукой, а не маркетингом, например.

Настя Васильева, сотрудник Института иммунологии и физиологии, рассказывает: «У меня не было особых метаний на счет собственного будущего: с 9 класса я решила, что буду заниматься биофизикой. А моя бабушка – преподаватель в УГТУ-УПИ, у нее всегда на столе лежали книжки для абитуриентов, так что я довольно быстро определилась. В 11 классе я начала ходить на открытые лекции в УрГУ и однажды попала на лекцию Владимира Семеновича Мархасина. Он был очень харизматичен и с упоением рассказывал о медицине будущего и о том, как мы когда-нибудь сможем описать процессы в организме при помощи математических моделей.

Прошло несколько лет, я начала думать о том, чем мне хочется заниматься конкретно. Мне была интересна тема сердца и биофизика. Тогда я просто «загуглила», нашла Институт иммунологии и физиологии, пришла туда, а в приемной меня встретил тот самый Владимир Семенович. С тех пор я там и работаю».

Сергей Николаев, младший научный сотрудник кафедры теоретической физики и прикладной математики УрФУ: «В 9 классе я очень хотел быть архитектором, поездил по конкурсам, а однажды понял, что всю жизнь рисовать не смогу. Остался в старшей школе и увлекся математикой, а потом и физикой. Формулы меня завораживают: ты возишься с ними часами, ищешь методы, чтобы найти решение. После школы я решил поступать на специальность «Физика атомного ядра и частиц». Мама до сих пор в шоке, по-моему. Тогда я уже знал, что буду заниматься наукой».

Саша Ермошин, ассистент кафедры физиологии и биохимии растений УрФУ: «Честно говоря, я не помню, чтобы я специально думал, что когда-то буду или не буду заниматься наукой. Мои родители, например, далеки от естественных наук, они инженеры. Все получилось само собой, довольно логично».

О работе

Настя сейчас работает над созданием математической модели сердца. «Каждый сотрудник нашего института создает модели на разных уровнях, начиная с клеток и заканчивая описанием сердца как органа в целом. Правильно построенная модель помогает понять механизмы электрических и механических явлений в сердце, отражает организм человека; благодаря этому можно узнать, как действие того или иного лекарства отразится на этой модели и отсюда понять, можно ли его вводить животному или человеку. Диссертацию пишу на эту же тему».

Своей работой поделился и Сережа: «Мы занимаемся теоретическим предсказанием свойств материалов. По сути это квантовая механика. Мы пишем громадные формулы, потом формулы набираем в код, обсчитываем свойства соединений на микроуровне. Это важно для понимания природы взаимодействий, а материалы, которые мы исследуем, широко применяются в электронике и новейших технологиях (например, это знаменитый графен), отсюда и практическое значение нашей работы. Диссертацию пишу о свойствах конкретных материалов – мультиферроиков».

У Саши в университете несколько должностей. Он занимается не только научной работой, но и с удовольствием преподает, в том числе в школе юного биолога.

«Преподавать мне очень нравится, и этой должностью я горжусь. Я работаю со студентами, передаю свои знания, мне очень нравится этот процесс: нравится видеть, как люди растут, постепенно осознают важность того, что я говорю. А самый приятный момент – когда студенты приходят в конце семестра ко мне и радостно восклицают: «Я наконец-то понял!» У меня есть ученики, которых я вел с 8 класса, и они уже успели написать у меня бакалаврскую».

«Пишу кандидатскую диссертацию на тему «Физиология трансгенного растения», изучаю конкретный ген», — продолжает Саша как ни в чем ни бывало, доставая из холодильника картошку с геном гепатита В (это наработка в области «зеленых» и «съедобных» вакцин — более дешевых и безопасных) и так называемые «косяки»: пробирки, закрытые ватными пробками, внутри которых на среде под минеральным маслом растут бактерии.

О будущем

Саша собирается защитить диссертацию и в ближайшее время продолжать работать в родном городе. «В биологии докторов очень мало: кандидатская часто защищается после 30, а докторская – после 50. Это связано с тем, что растения будут жить с той скоростью, с какой им нужно. Они умерли – диссертация встала, и бывает, что она таким образом затягивается на много лет».

Сережа хочет закончить аспирантуру, написать докторскую и продолжать свои исследования. Но не в России.

Настю интересует сотрудничество с Японией. «Там есть хорошая современная установка, на которой я хочу проводить эксперименты. Я подавала несколько грантов, которые пока у меня не приняли, но это мой пыл не останавливает, и думаю, что какое-то время в будущем я проведу именно там». Она с грустью отмечает, что российские специалисты остаются самыми ценными, но часто имеют двойное гражданство. «Россия беспощадна к аспирантам. Я люблю нашу страну и хотела бы, чтобы мои дети родились именно здесь, но как все сложится в реальности – пока не знаю».

О путешествиях по миру и финансировании

«Наша работа – идейная, но в то же время она позволяет передвигаться по миру, делиться идеями, получать что-то свежее. Конференции и тусовки – это всегда интересно. Когда я приезжаю на зарубежные встречи, у меня появляется чувство, что глобально я не одна. Что таких, как я, много, мы работаем, и наш труд кому-то интересен. Что я не просто сижу в лаборатории и считаю на компьютере по 13 часов в сутки, нет: нас много и мы идем вперед», — делится Настя.

Сережа рассказывает, что почти все работы они пишут на английском языке. «Цитирование за рубежом намного выше: их читают, на них ссылаются. У нас работу посмотрят 1-2 человека, и это уже будет здорово. И, к сожалению, молодые умы действительно нацелены туда. Условия для развития науки лучше: там элементарно есть хорошие лаборатории и нужное оборудование».

За относительно небольшое время работы Настя успела побывать в Польше и поездить по России, летом собирается на конференции в Оксфорд и в Испанию. «Я ездила в наукоград Пущино: когда-то это был мощный биологический закрытый город. А сейчас почти все разорили, и в Институте белка продают цветы и валенки». Сережа был в Румынии, через несколько дней улетает в Японию, а затем в Италию и Венгрию.

Саша ездил в Польшу, Австрию, Чехию, значительную часть рабочего времени проводит в Москве и в Пущино, а в ближайшем будущем собирается в Испанию.

«На поездку можно получить финансирование, но это очень муторная работа: ты подаешь заявки на множество грантов, тратишь кучу времени и бумаги, пытаешься получить огромное количество подписей и утопаешь в бюрократии», — рассказывает Настя. «Очень многое в этом процессе, как и во многих других, зависит от научного руководителя», — добавляет Саша.

О своих увлечениях

Настя преподает японский, занимается танцами и актерским мастерством. «Если человек увлечен наукой и преподает, то он должен много знать о мире, чтобы уметь передавать весь свой опыт студентам. Я не люблю закрываться в четырех стенах, пытаюсь постигать что-то новое», — считает она. Саша в свободное время любит встречаться с друзьями, пить кофе или вино в хорошей компании и говорить о жизни. Очень любит гулять по городу, ходить в кино или в театр. Сережа учится играть на скрипке, занимается плаванием и японским; раньше увлекался фотографией.

P.S.

Наш разговор завершился, я выключаю диктофон и допиваю свой чай. Настя продолжает думать о чем-то, затем останавливает меня и эмоционально добавляет: «Почему-то у людей сложился стереотип о том, что научные люди – это, простите, задроты, которые сидят, вечно сгорбившись, над своей установкой. Такие и правда есть, но большинство молодых ученых – активные, целеустремленные люди! Они катаются на лыжах и сноубордах, вовсю познают жизнь и стараются как можно больше всего успеть. Мне очень хочется, чтобы у людей поменялся этот стереотип».

Если честно, мне тоже хочется. Я провела полтора часа с совершенно изумительными людьми. С людьми, которые уже сейчас реально могут повлиять на будущее, обладают выдающимся умом и при этом остаются живыми симпатичными молодыми ребятами с горящими глазами и отменным чувством юмора.