«Почему-то никто не говорит о красоте бульвара Культуры на Уралмаше»

Архитектор и урбанист Холгер Глэдис живет на два города в разных странах, между которыми 6 часов езды на поезде. В немецком Веймаре преподает городской дизайн в университете Баухаус, а в Амстердаме занимается архитектурными проектами в Амстердамской Академии художеств. Прошлой зимой он провел семинар по городскому планированию в Москве, куда привез группу студентов, которые впервые оказались в России.. Когда перед приездом в город начал искать информацию о екатеринбургском авангарде в Google, то нашел лишь Белую башню и гостиницу «Исеть». Однако, к большому своему удивлению, заметил, что пласт авангардной архитектуры в городе в разы больше. IMC поговорил с ним о конструктивизме Екатеринбурга в целом и отдельных памятниках.

О конструктивизме как городской достопримечательности. Совсем несложно, недолго и недорого прилететь на самолете в Екатеринбург из Берлина. Как бы увеличился поток туристов, если разработать программу культурных туров, которые были бы ориентированы исключительно на авангардное наследие Екатеринбурга. Сейчас ваши местные власти скорее ориентируются на обычных туристов, однако в Европе много любителей конкретно авангардной архитектуры. У нее есть своя целостность, культурная значимость, которую стоит рекламировать.

О подходах к популяризации. Отличный инструмент – книги на двух языках, местном и английском. Однажды мне попалась книжка о колониальной архитектуре Каира. Это было очень интересно, но никто о нем раньше не знал. Другая книга Роджера Шервуда показывает популярные архитектурные модели в трех измерения, разрезах. Книга была удивительно хорошо сделана и давала хорошее представление о теме. Я бы посоветовал подумать и о роли университетов. Если они не включаются в осмысление культурного наследия, то не живут для города. Пусть студенты фотографируют или рисуют объекты в разное время в разных ракурсах, выкладывают в соцсетях.

О спасении авангардного наследия. Когда я увидел некоторые запущенные авангардные здания Екатеринбурга, например, гостиницу «Мадрид», то даже не был удивлен. Это была типичная ситуация для Восточного и Западного Берлина в 1970-е годы. Тогда был строительный бум. Многие заброшенные кварталы были разрушены, на их месте построены новые здания. Старые постройки начала XX века, может, и не были шедеврами архитектуры, но имели историческую ценность. Спустя 30-40 лет люди жалеют о сносах, но ошибку уже не исправишь. Но у вас есть выбор: может, с финансовой точки зрения не стоит сохранять, но важно не ставить крест на здании, надо дать шанс, даже несмотря на невыгодную экономическую ситуацию. Застройщики не заинтересованы в сохранении такой архитектуры, но раз у них есть деньги, то в первую очередь нужно убедить именно этих людей, что она имеет ценность.

В 1960-х голландский архитектор Алдо ван Эйк построил здание детского дома Orphanage в Амстердаме на комбинации современной тектоники и африканской деревни. Спустя 20 лет здание опустело. И его уже готовы были снести. Но местные активисты выпустили марки с фотографиями здания, место стало модным. Там начали открываться офисы и мастерские.

О гостинице «Исеть». Можно совершить неполную реконструкцию. Часть работ будет проведена в первые 5 лет, потом – в следующие пятнадцать. В первую очередь, чтобы окна были вставлены, чтобы температура внутри поддерживалась. Глобальную реставрацию можно отложить до лучших времен. Также можно ее использовать в виде временного жилья для туристов. Речь идет не о 20-30 помещениях, а о 2-3 комнатах, которые могут иногда заселяться. Их можно превратить в номера для новобрачных, где молодожены проведут ночь после регистрации. Те, кто приезжает в культурные туры, пусть также имеют возможность поселиться в зданиях, ради которых они приехали. Всё это сложно в российских реалиях, но иногда важно создать маленький прецедент, который бы притягивал к себе.

Об Уралмаше. Мы были на площади Первой пятилетки и гуляли по бульвару Культуры. Почему-то никто не говорит о красоте этой улицы. Она прекрасна! У нее хорошие пропорции, много деревьев. Это улица, по которой интересно гулять. В Европе мы очень обращаем внимание на то, что называется публичные пространства. Мы вряд ли можем изменить архитектурные памятники, но можем повлиять на то, как устроены улицы и парки.

О Храме-на-Воде рядом с «Динамо». Как я понимаю, это очень чувствительная тема. В Нидерландах все заинтересованные стороны очень долго договариваются, прежде чем на бумагу будет положен проект. Они подключают общественность, беседуют архитекторы и градостроители. Иногда это длится очень долго. Но потом все оказываются довольны.