Танец в большом городе

Разговоры о судьбах современной хореографии в Екатеринбурге возникают волнами. Когда-то городу присвоили почетный статус «столицы современного танца», и вполне заслуженно. Одновременно не покидает ощущение, что «Провинциальные танцы» (да и другие коллективы) знамениты и востребованы где угодно, только не дома. Поиску места современного танца в большом городе был посвящен первый круглый стол, который «Провинциалы» устроили перед вечером «Танцкрипция_16» 28 октября. IMC побывал на встрече и записал самые интересные мысли.

Лариса Вакарь, главный специалист управления культуры администрации Екатеринбурга

Город заинтересован в танце, и администрация Екатеринбурга, несмотря на все экономические сложности, решила оказывать коллективу Татьяны Багановой поддержку. В конце 1980-х и начале 90-х произошел творческий эксцесс, все внимание было приковано к актуальному искусству, и не нужно было прилагать дополнительных усилий, чтобы заинтересовать зрителя. Сейчас, по прошествии 30 лет, этот эксцесс себя исчерпал, и для зрителя современная хореография вписалась в разноплановую палитру современных жанров. Теперь компанию современной хореографии нужно продвигать в очень плотном, перенасыщенном информационном и культурном поле. Сменилось и поколение зрителей. И в этих условиях творец и зритель должны друг друга найти и услышать. Нужно идти по пути создания новой моды на этот вид искусства, на бренд современного танца, используя уже наработанное и двигаясь вперед. Особая проблема – серьезный отток кадров в столицы и в другие страны. Екатеринбург – это инкубатор творческих кадров, поскольку, несмотря на наличие больших денег, свободных больших денег, которые могли бы пойти на развитие нового искусства, здесь нет.

Лев Закс, ректор Гуманитарного университета

В последнее время в обществе поднялась волна обсуждения взаимодействия искусства, общества и власти. Современный танец – это тоже ответ на потребность общественных слоев, и прежде всего образованных, динамичных слоев. Он выражает потребности этого города, реагирует на запрос современного демократического города. Мы росли вместе с «Провинциальными танцами», и у нас сложилась субкультура взаимопонимания. Аудиторию невозможно импортировать, она развивается органически вместе с субъектами творчества. Культурная политика города должна исходить из того, что город обязан создать условия для удовлетворения современных потребностей своих граждан, будь то потребность в искусстве для подрастающих поколений, в многоязычии, в обсуждении важных мировоззренческих проблем, в сохранении исторической памяти и так далее. Когда я прихожу на спектакли современного танца, через отношения тел мне показывают то, что со мной происходит каждый день. Если есть институции, которые выражают эти потребности, значит, нужно их поддерживать. Искусство оказывает большую честь обществу, выражая его духовный мир и интенции. Мы живем в креативном городе. Не только сама Баганова – креативная личность, но и люди, сидящие в зале, составляют креативный город. И чем больше вариантов творчества мы им покажем, тем более креативным будет город завтрашнего дня.

Ольга Комлева, УфГЦСИ, куратор

Главная задача современного искусства – диалог, налаживание общения со зрителем. Появился большой запрос и на современный танец, и на различные перформативные практики на стыке дисциплин. Когда мы запустили программу «Действия: искусство представления» четыре года назад, немногие были готовы воспринимать экспериментальные проекты. А сейчас, действительно, аудитория расширилась, и мы видим, что это происходит на многих площадках. Благодаря разросшейся сети и мы расширяем аудиторию. Таким образом, главная задача – это коммуникация и развитие диалога. Организациям нужно налаживать горизонтальные связи и поддерживать друг друга.

Лариса Барыкина, музыковед, театральный критик, арт-директор фестиваля современного танца «На грани»

Современный танец остался уделом определенного сегмента людей, пусть они будут самые продвинутые и интересные. Ему не удалось завоевать тот статус, на который мы рассчитывали на рубеже двух веков и тысячелетий. Он прекрасно проявляется в перформативных практиках, но как только он попадает в театральный контекст, сразу заметна нехватка профессионализма и многого другого. Современный танец включился в театральный процесс, но не как полноправный участник, многие хореографы ушли из танца и делают, например, пластические спектакли, то есть занимаются современным театром. Лет 20 мы повторяли, как мантру, что наше искусство сложное, для сложных людей. Это не так. Утверждая подобное, мы утрачиваем понятие ответственности творца за то, что он делает. Считается, что каждый – индивидуальность и имеет право на самовыражение. А почему публика должна захотеть это смотреть, платить за это? Вот и получается, что те зрители, которые могли идти на спектакли современного танца, сейчас посещают спектакли современного театра. Современный танец развивался не так активно, не так мощно и не так интересно, как современный театр или современная опера.

Елена Ларионова, директор музыкального театра республики Карелия

Общаясь с нашей властью, я пытаюсь доносить такую мысль: вы финансируете не учреждение культуры, а культурную среду на этой территории. Тогда и показатели будут совсем другими, не количество зрителей или спектаклей, а плотность этого культурного слоя.

Таня Вдовина, хореограф, театр танца «Лемниската Бернулли»

Современный танец разбил представление того, что танец – это что-то сложное, чему нужно долго учиться. Складывается впечатление, что заниматься современным танцем может кто угодно, и это очень влияет на формирование зрителя.

С классическими видами искусства люди знакомятся еще в школе, поскольку классами ходят в театры и музеи за расширением школьной программы. Аналогичных способов привлечь юного зрителя на спектакль современного танца нет, поскольку в образовательном процессе нет момента, за который можно зацепиться. Есть только момент непредсказуемости: никогда не знаете, какая тема будет представлена.

Кьяра Ферралья, хореограф, Италия – Нидерланды

В Италии доминирует культура классического балета. У людей есть представление о том, какой должна быть балерина, и нужно мыслить определенным образом, чтобы пойти на современный танец. Нидерланды намного более продвинутая страна в этом отношении. В частности, много грантовых возможностей для молодых артистов. Мы приехали сюда в рамках стажировки, и страна поддерживает нас в этом, а не отправляет в свободное плавание сразу после выпуска.

Риден ван ден Берг, хореограф, Нидерланды

В Голландии современный танец востребован больше, чем классический балет. Большая часть субсидий выдается современным коллективам и частным хореографам. Получить финансирование в Голландии от правительства, региона, города или частных фондов тоже непросто, но все же легче, чем в остальной Европе. Nederlands Dans Theater – крупнейший театр современной хореографии в стране, и он получает половину выделенных бюджетов. Все остальные получают оставшееся, и это вызывает большие дискуссии.

В Европе развивается краудфандинг: например, артист не получил денег от государства и решает собрать их сам. Тогда он выкладывает проект онлайн, все скидываются по 5-10 евро, и в итоге собираются внушительные суммы, до 10 тысяч евро.

Мы так увлечены европейским современным танцем, что понятия не имеем, что происходит в Америке, Австралии, Азии – или в России. Мне было интересно приехать сюда, поскольку это нечто совершенно неизвестное.