Екатеринбуржец творит автомобильную революцию

IMC продолжает рубрику «Типичный коворкер». В ней мы рассказываем о резидентах коворкинга «Соль» в Екатеринбурге: чем они занимаются и почему они выбрали именно такой формат работы. Наш восьмой герой – Василий Юрченко, основатель компании Driventa.

Как ты стал коворкером? Почему тебе нравится такой формат?

Коворкером я стал в том момент, когда решил стать предпринимателем. С самим коворкингом познакомился ещё раньше, когда был одним из менеджеров в банке и отвечал за развитие электронных продуктов. Мы сотрудничали с «Солью», проводили здесь встречи с клиентами, партнерами, проводили фокус-группы. Мне сразу было понятно, что это очень удобное качественное место и с точки зрения транспортной доступности, и с точки зрения внутреннего комфорта, даже состояния души, когда здесь находишься. Поэтому, когда я пошел в предпринимательство, других вариантов практически не рассматривал.

Что именно тебе здесь нравилось?

Для меня было важно приехать и в любое время запарковаться. Здесь великолепная транспортная доступность – центр города, рядом метро. Когда к нам приходили соискатели на наши вакансии, им было приятно поговорить в такой атмосфере не только на какие-то формальные темы. Мы могли глубже узнать человека, его увлечения, хобби и вообще понять его психотип, углубиться в его мотивацию. Атмосфера коворкинга этому способствовала.

А потом, я так понимаю, вы расширились, видимо, и переехали уже в офисное пространство?

Да, в принадлежащее «Соли» офисное пространство под названием «Пентхауз Соль». Там другие, но тоже очень интересные интерьеры, и там у нас размещается небольшая команда разработчиков. Казалось бы, разработчики сейчас могут находиться где угодно, работать на удаленке, но гораздо эффективнее, когда люди сидят в одном помещении и активно общаются. Иногда это происходит достаточно шумно, и было бы неудобно отвлекать других коворкеров. К тому же, мы расклеиваем макеты наших интерфейсов прямо на стенах нашего офиса. Но даже когда мы переехали в отдельный офис, всё равно продолжали ещё какое-то время проводить встречи в коворкинге.

Ты начинал свою карьеру, работал в «Банке 24.ru», а потом в «Точке», развивал финансовые стартапы?

Да, был такой интересный опыт, когда запускали стартап «Жук». Это было мобильное приложение для предпринимателей, интегрированное с его банковским счетом. Его суть была не столько в платежах, сколько в аналитике, которое это приложение автоматически ведет по счету. С помощью британских дизайнеров была разработана оригинальная концепция брендинга. Внутри этого приложения жил небритый персонаж по имени Жук, который в ироничной и фамильярной форме общался с клиентами.

Как клиенты реагировали на Жука?

На самом деле никто не оставался равнодушен. Одни говорили: «Да как же так, я очень важный человек, нельзя, чтобы ко мне так обращались». А другие были в восторге. Главное, что это приложение вызывало эмоции.

Потом, я так понимаю, ты ушел из банка и сейчас занимаешься компанией Driventa?

В конце прошлого года мне пришла в голову гениальная идея. Показалось, что я изобрел что-то невероятное новое. Я вдохновился успехом Аirbnb (поиск и онлайн-бронирование комнат, квартир и частных домов в разных странах мира). Сейчас Airbnb оценивается в 25 миллиардов долларов и приносит огромную пользу инвесторам и клиентам. Я задал себе вопрос: какая ещё действительно дорогая собственность есть у людей, кроме недвижимости? Конечно же, это автомобили. Причем средний частный автомобиль, по статистике, простаивает гораздо больше чем недвижимость. С другой стороны, есть огромный рынок рент-а-каров, где компании владеют парком машин и платят за их покупку, обслуживание и так далее. Но можно же использовать автомобили, которыми владеют частные лица, и при этом не содержать весь этот автопарк. Модель Аirbnb говорит нам о том, что люди готовы нести риски, сдавая свое имущество в аренду. А для многих людей пустить кого-то в свой дом – это гораздо больший шок, чем отдать кому-то на время свой автомобиль.

Дальнейшие исследования показали, что, конечно, уже есть такие предложения на американском и европейском рынке. Но, что интересно, в США рынок уже очень большой и консолидированный, есть большой лидер. В Европе этот рынок ещё переходит в стадию роста. У нашей команды есть опыт работы на высоко конкурентном банковском рынке, где нам удавалось делать лучшие продукты, быстро расти и побеждать, по крайней мере, по качеству продукта и сервиса самых крупных банковских игроков. Поэтому я решил, что можно попробовать и ориентироваться сразу на европейский рынок.

А в России до этого не было таких предложений? Или есть какие-то конкуренты?

Сейчас в России есть площадка, которая работает по модели p2p-каршеринга, но они не обеспечивают страховку на время аренды. Со страховкой там приходится разбираться каждому самостоятельно. Но, как показали наши клиентские исследования, одна из ключевых ценностей – это именно страховка. В целом, на момент, когда мы занялись своим проектом, в России еще никто не успел всерьез услышать о каршеринге.

Каршеринг – это, как я понимаю, немножко другое? Парк автомобилей принадлежит компании, да?

Это лишь один из видов каршеринга (b2c-каршеринг). Фактически у нас на рынке присутствует только он один: компания владеет парком автомобилей и сдает их на крайне короткие промежутки времени, несколько часов, и тарифы там поминутные. А мы конкурируем с рент-а-карами, когда ты снимаешь автомобиль от одного дня и более.

В Москве появился уже пятый оператор каршеринга. То есть это довольно много?

Это показывает, что модель шеринговой экономики хороша и уже много раз опробована. А вообще, каршеринг зародился еще много-много лет назад. В начале 90-х годов первые такие сервисы начали широко распространяться. Один из главных трендов последнего времени – люди будут меньше владеть, больше получать временный доступ к каким-то крупным ресурсам.
Несколько лет назад адепты шеринговой экономики считали, что совсем скоро люди резко перейдут к общему использованию вообще любых вещей. Многие западные издания многократно перепечатали впечатляющую цифру: за весь срок использования средняя бытовая дрель реально сверлит около 15 минут. И на этом примере делался вывод, что если мы будем шерить дрели и все остальное, то сэкономим много-много денег. Но потом, когда более глубоко были исследованы модели поведения, оказалось, что из-за дрели люди предпочитают не заморачиваться. Но действительно крупные активы, такие как недвижимость, транспорт – как раз та сфера, в которой модель шеринговой экономики востребована. Поэтому мы считаем, что все у нас получится.

Почему именно страховка так важна?

Потому что люди сдают автомобили в аренду не каждый день, а, например, два раза в месяц. И покупать для этого какую-то большую-большую страховку с неограниченным кругом водителей по КАСКО очень дорого. Кроме того, в стандартных страховых полисах есть строчка о том, что автомобиль нельзя использовать в коммерческих целях (для сдачи в аренду или извоза). Малые прокатные конторы эту строчку часто игнорируют, надеясь решать возникающие проблемы «на коленке». Но если ты строишь многомиллиардный бизнес, то рассчитывать на мелкие правовые лазейки недальновидно.

Сейчас «Делимобиль» и ещё несколько сервисов в Москве уже научили россиян тому, что такое каршеринг, что автомобиль может сдаваться в аренду не только за рубежом, но ещё и в России. И от этого понимания довольно легко перейти к мысли о том, что можно снять машину и у частника. Или даже сдать свою. В этом плане рынок за год продвинулся очень хорошо. Сейчас мы с одной из российских страховых компаний договорились на пилотный проект. Мы только в самом начале пути и пытаемся понять, как выглядит российский рынок p2p-каршеринга и кого он заинтересует.

Всё-таки очень важно психологически решить эту проблему для человека. Как впустить в свою квартиру чужого, как дать незнакомцу свой автомобиль? Думали ли вы об этом?

Есть люди, которые ни за что и никогда в жизни к этому не придут. Другие люди не придут, пока не увидят опыт окружающих, лидеров мнений, просто своих знакомых. Но есть и те, кто за такие сервисы всей душой. И это уже гигантский рынок, который более-менее оценен, и на котором можно работать. Будем привлекать тех, кто готов. А за ними тех, кто скоро станет готов.

По географии сейчас предложения есть в Екатеринбурге и в скольких ещё городах России?

В России больше нигде нет. И на самом деле мы ориентируемся на европейский рынок. Начали мы с Голландии.

Почему именно с Голландии?

Во-первых, там есть игрок, который немного разогрел базу клиентов. Мы можем легко общаться с реальными пользователей этого сервиса, чтобы разрабатывать свой продукт. Во-вторых, нам не придется финансировать создание рынка. Мы решили, что лучше мы будем конкурировать с существующим игроком на очень сильно растущем рынке, чем будем создавать рынок с нуля.

В России еще предстоит именно создавать рынок, а в Нидерландых мы будем работать на рынке, уже вступившем в активную фазу роста. Кроме того, Голландия очень компактная страна. Если мы обеспечим хорошее присутствие в нескольких основных городах, то сможем сказать, что полностью покрыли Голландию, и будем иметь базу для продвижения в соседние страны – Бельгия, Люксембург, Франция, Германия – все близко. Наша штаб-квартира находится в городе Неймеген.

В этом голландском городе есть офис?

У нас там официально зарегистрирована компания Driventa B.V. Офис расположен в офисном центре, который по сути тоже напоминает коворкинг.

Там сидят голландцы? Или россияне?

Сейчас в Голландии находится сооснователь проекта Павел Кацнельсон. Больше никого из нашей компании физически там нет.

Он тоже из Екатеринбурга?

Да, из Екатеринбурга, но почти половину времени проводит в Голландии. Для нашего проекта это удобно. Кстати, еще одна причина, почему мы начали с этой страны – юрисдикция. С 2012-го в Голландии очень удобно и недорого можно регистрировать компании. Мы это сделали без больших затрат. Для инвесторов эта страна дает возможность безопасно инвестировать и быть уверенными в своих правах. Для нас, как для основателей, комфорт инвесторов и потенциальных инвесторов очень важен, так как мы рассчитываем построить очень масштабный проект. У нас планы начать с Голландии и в течение нескольких лет выйти на рынок десяти ведущих западноевропейских стран и стать международным игроком. И, конечно, хотелось бы в России тоже чего-то достигнуть.

Сейчас компания больше ориентирована на Голландию, уже есть первые клиенты?

Сейчас мы сконцентрированы на том, чтобы завести какое-то первое количество голландцев, чтобы они разместили свои автомобили. Пока их еще единицы в разных городах. Но на их примере мы учимся и отлаживаем процессы привлечения, стремимся сделать их более эффективными с финансовой точки зрения. Мы сейчас не просто считаем регистрации на сайте, а подробно изучаем активность людей.

В России мы пока провели только несколько премаркетинговых экспериментов. Результаты обнадеживающие, но сейчас мы не работаем активно в направлении России, потому что основным рынком в настоящее время видим еврпопейский.

А вообще в Голландии сколько процентов населения хотя бы пользуются этой услугой или интересуются?

По исследованиям уважаемых агентств, количество интересующихся очень велико. Сейчас в этой сфере занято примерно две десятых процента от всего частного автопарка. То есть два автомобиля из 1000 уже в подобных сервисах участвуют либо участвовали в какой-то момент. При этом на каждый сдаваемый автомобиль приходится 10-20 арендаторов.

Это кажется очень мало...

С точки зрения роста рынка, это очень позитивно. Объём рынка уже достаточен для того, чтобы на этом рынке функционировали игроки и были финансово успешные. И при этом, в ближайшие десять лет рынок должен вырасти в 25-30 раз, что видно по разного рода исследованиям. Недавно были опубликованы результаты опроса, согласно которому более 50% европейцев заявили, что не против были бы сдавать свой авто в аренду. Поэтому мы должны успеть заскочить на этот тронувшийся поезд и забрать свою долю рынка. Вообще, мы хотим стать одним из мировых лидеров, потому что лидеры на таком рынке получают максимум преимуществ. Нам кажется, что сейчас это реально. Через пять лет мы видим себя в такой компании – один огромный конкурент из США, один из Европы, один или два из Азии, и мы.

Сейчас это твоя основная сфера деятельности и единственная?

Мы с нашей небольшой командой, которая состоит из четырех человек, полностью погружены в проект. Еще мы сотрудничаем с несколькими узкими специалистами.

Они тоже все екатеринбуржцы?

Да. Нам важны быстрые коммуникации. Все у нас сидят в офисе. Естественно, когда расходимся, то переписываемся и созваниваемся в разных видеоконференциях. Но гораздо приятнее все равно работать с людьми в одной команде, и очень важно, чтобы особенно на старте проекта все были полностью психологически совместимы.

Кто еще входит в команду?

У нас есть один бывалый товарищ, который разрабатывает серверную часть платформы. Он стоял у истоков нескольких очень известных проектов. Второй разработчик у нас молодой, но очень перспективный. Он занимается разработкой приложений, которые вы видите в браузере, на компьютере и смартфоне. Сейчас готовится защищать диссертацию в сфере интеллектуального анализа текстов. Кроме того, успевает на онлайн-курсах обучать разновозрастных людей, которые собираются попробовать себя в карьере программиста. Вообще, ребята у нас такие азартные программисты. Недавно они принимали участие в специфических соревнованиях по программированию и вошли в топ-15 российских команд.

Фото: Антон Сметанин