Искусство тянется к заводам

Екатеринбург готовится к 4-й Уральской индустриальной биеннале современного искусства. Уже почти десять лет город заводов гнёт свою линию и работает с искусством в индустриальных пространствах: проводит выставки в зданиях бывших промышленных цехов и устраивает перформансы в памятниках конструктивизма. За годы работы в биеннале приняли участие более 300 художников из 70 стран, 100 культурных учреждений и выставочных пространств, 60 исследователей современной культуры и 14 заводов города и области. В этом году темой биеннале стала «Новая грамотность»: работы современных художников будут посвящены труду и досугу недалекого будущего. На Открытой редакции «Недели Стрелки» мы выясняли, почему бывшие цехи привлекают художников больше традиционных музеев.

«Урал начинался с заводов»

Большая работа с индустриальными территориями у современных художников началась ещё десять лет назад. Тогда Анна Пьянкова (директор Уральского филиала РОСИЗО-ГЦСИ) и Алиса Прудникова (директор по региональному развитию РОСИЗО, комиссар Уральской индустриальной биеннале) придумали фестиваль «Арт-завод», который проводился два года. Сначала в ГЦСИ решили «обжить искусством» здание производственного цеха на Карьерной, 16, где сейчас находится Tele-club. Во второй раз «Арт-завод» прошел на действующем Камвольном комбинате. Именно из этого фестиваля выросла международная биеннале.

Анна Пьянкова, директор Уральского филиала РОСИЗО-ГЦСИ:

«Мы искали тему, которая не была бы насаждаемой сверху, а вырастала бы из этой земли, из этой территории. Естественно, в какой-то момент мы пришли к тому, что Урал – это заводы. Все культурные образы, которые существуют, вырастают отсюда. Например, Бажов и Мамин-Сибиряк. У каждого из нас есть родственники, которые работали на производствах — это наша естественная память. Поэтому биеннале как проект родилась из индустриальной идентичности региона».

Сначала у проекта биеннале не было постоянного выставочного пространства, так что выход в индустриальные пространства стал удачным практическим ходом.

В то же время стало известно, что в соответствии с генпланом Екатеринбурга все заводы до 2025 года должны быть выведены из центра города. Производства постепенно съезжали, и появлялись пустующие помещения. Некоторые из них, такие как типография «Уральский рабочий», были при этом памятниками архитектуры. Уже несколько раз здание «Уральского рабочего» становилось одной из главных площадок индустриальной биеннале.

Сейчас памятник конструктивизма превратился в место, где собраны модные бары и рестораны.

Работа над площадкой

Искусство к заводам тянется, а вот заводы к искусству – далеко не всегда. Какие бывшие цеха превращать в выставочные площадки, команда биеннале решает очень вдумчиво. Например, место должно быть в центре, чтобы быть доступным для посетителей. Важно, чтобы здание было исторически ценным и безопасным.

Анна Пьянкова, директор Уральского филиала РОСИЗО-ГЦСИ:

«Мы давно смотрим на Уралмаш, но пока ни один из проектов, которые мы делали на тех площадках, не позиционировался как центральный. С идеологической точки зрения мы даже хотели сделать «Уралмашзавод» или ЦК Орджоникидзевский центральной площадкой биеннале. Но мы понимаем, что не сможем организовать логистику зрителей так, чтобы получить там те же 20 тысяч посетителей, который были в гостинице «Исеть», какой бы прекрасный и уникальный проект мы там не создали.

Конечно, здание не должно быть официально признано аварийным. Есть прекрасный объект, памятник архитектуры – мельница Борчанинова-Первушина. Но мы не сможем за него взяться, даже если нас об этом попросят. Уже больше пяти лет здание находится в аварийном состоянии, без отопления и электричества».

«Каждому художнику по заводу»

Больше всего команда биеннале любит работать с действующими заводами. Обычно попасть в них никто не может, но всем ужасно интересно, что же там на самом деле происходит.

«Ты попадаешь на Уралмашзавод: вот проект, а вот – действующий цех. Мы открываем жителям города и художникам новые пространства. Так же, как и самим себе. Мы понимаем, что выставлять на действующих производствах искусство невозможно, это не соответствует многим параметрам: безопасности, сохранности произведений. Но работать там всё равно безумно интересно», - говорит куратор арт-резиденций Женя Чайка.

Современное искусство работает с разными медиа, и оно в том числе про сегодняшнюю жизнь. Поэтому искусство может быть сделано из чего угодно. И оказывается, что художнику интересно работать с теми материалами, которые делает завод.

«Программа арт-резиденций является сущностной составляющей биеннале, но в отличие от основного проекта, работает с локальным контекстом и реальным производством. Арт-резиденция призвана интегрировать и связать современное искусство и большие предприятия», - продолжает Женя.

Обычно она смотрит на площадки, а затем — на художников. И в итоге каждому выдаёт по заводу. «Это всегда происходит индивидуально. Я приглашаю конкретного художника на конкретную площадку. Мы разговариваем и, если находим взаимный интерес, то начинаем прорабатывать тему. После формулирования идеи мы начинаем производство».

«Электричество плавит металл, а художественный язык плавит реальность»

Когда художники задействуют производственные мощности действующих предприятий, появляются произведения, которые не могли бы быть реализованы ни в каком другом месте.

«Искусство всегда стремится выходить за границы и преодолевать институциональность. Индустриальное пространство – это мощный вызов, оно гигантское, при этом созданное человеком, и, условно говоря, «победить» его – всегда очень сложная задача для художника. Но индустриальное пространство – это и вдохновение, работа в насыщенном историей и определённой аурой места», - говорит Анна Пьянкова.

Уличный художник Тимофей Радя интересуется больше действующими производствами. Закрытые, такие как «Уральский рабочий» или Приборостроительный завод, могут привлекать его своей пустотой.

«На уровне чувственного восприятия действующее производство похоже на произведение искусства: оно поражает воображение. Я не видел ничего круче, чем сталелитейный цех. Он дышит, шумит, горит, он огромный, смертельно опасный, и он никогда не спит. Но цех молчит, потому что единственная цель производства – преобразование материи», - считает он.

«Электричество плавит металл, а художественный язык плавит реальность. Это близкие по напряжению явления, значит, их можно совместить».

Одна из известных работ Тимофея – манифест «Всё, что я знаю об уличном искусстве» – находится в Санкт-Петербурге, в Музее стрит-арта. А сама площадка располагается на территории действующего завода слоистых пластиков. Огромную надпись на «холсте» высотой 10 метров и длиной в 50 метров художник сделал в течение суток. В 2013 году Тимофей писал в «Фейсбуке»: «Это действующий завод, поэтому пока он работает в пропускном режиме. Зато рабочие, идущие на обед, иногда замирают за чтением».

Фото: Петр Захаров, Ксения Король, Федор Телков, Сергей Иванов