Гора, пустота и призраки

Весной музеи Екатеринбурга устраивают традиционное обновление своих экспозиций. В марте для горожан открылись три больших фотовыставки. В «Доме Метенкова» развернулся проект Федора Телкова «36 видов», в Центре фотографии «Март» устроили экскурсию по «Призрачному дому», а в Арт–галерее Ельцин Центра показали «Новый пейзаж». It’s My City рассказывает, что можно увидеть на каждом из трех проектов и почему нужно посетить их все.

«36 видов»

На всех строгих черно-белых фотографиях Федора Телкова можно увидеть гору – нужно только присмотреться. Где-то она высится в центре кадра, где-то прячется за ветвями и домами, где-то заполняет все пространство, надвигаясь на город.

Эта гора – не природный памятник, не знаменитая вершина Урала, а обычный в общем-то для уральского пейзажа отвал породы, который остается после горных разработок. В свердловском городе Дегтярске таких отвалов целых два, и они-то и стали главными героями серии Телкова.

Советские фото Дегтярска, рассказывающие об успехах производства и строительства в городке дают дополнительный и очень нужный контекст к заявленному разговору о постсоветском ландшафте и судьбе провинциальных российских моногородов. А роспись на одной из стен музея, тот самый вид Фудзи в ярко-красном собирает разговор о депрессивном уральском моногороде (в таком же красном сделана карта Дегтярска, где собраны места съемки) в универсальную историю взаимоотношений человека и его окружения.

Стали бы люди, едущие на велосипеде по Дегтярску, другими, если бы не отвал на заднем плане? И как филигранно дорожный знак подходит ромбовидной металлической конструкции, а вдалеке их дополняет грузовичок из сети алкомаркетов.

Федор отталкивается от цветастых картин японца Хокусая, впечатывая черно-белым этот фаталистский отвал горных выработок, и в каждом кадре возвращается к созерцательному и отстраненному дзэн-буддизму.

«Призрачный дом»

Центр фотографии «Март» приготовил выставку с более сложно устроенными изображениями. В «Призрачном доме» четыре проекта фотографов из разных стран, манипулируют с изображением так, что больше всего это напоминает фильмы Дэвида Линча. И «Голову-ластик», и «Синий барахт», и «Твин пикс». Да и не только его.

Вот американец Джим Казаньян собирает десятки изображений, найденных в Интернете, в монохромную картину. Вдохновляется при этом хоррор-книгам Лавкрафта и Блэквуда. Или Корнелия Хедигер в «Двойниках» помещает свой автопортрет в стерильную атмосферу абстрактного европейского дома – со светлыми лампами, лаконичной мебелью и ретро-костюмами. И жуть здесь нагоняет как раз эта выхолощенность, показанная как неспокойный сон художника.

Японка Аюми Танака, живущая в Нью–Йорке, ищет свой дом в хитроумных диорамах, собранных из матового стекла, и силуэтах, отсылающих к классическому японскому театру теней. А екатеринбуржец Денис Тарасов и вовсе устраивает инсталляцию: помещает на листе прозрачного пластика изображения мебели и предметов домашнего обихода, так что комната Центра фотографии превращается в декорацию из «Алисы в стране чудес».

Коллажи - благодатная почва для рассказа о мистике, ловушках подсознания и сюрреализме окружающего. В «Марте», впрочем, решили до предела не доводить – все очень захватывающе и разно, для каждого проекта сделано свое решение экспозиции. Можно вдоволь поплутать по подвалу Центра и посмотреть, как фотография из старорежимной «светописи» превращается в современные опыты с визуальностью.

«Новый пейзаж»

Кураторы «Нового пейзажа» в Ельцин Центре решили поразить гостей масштабом экспозиции. Она занимает целый этаж в Арт–галерее Прехидентского центра, и без сомнения, это одна из самых крупных выставок современной российской фотографии в городе за последнее время. Семь авторов, и каждый – значимая фигура в отечественном визуальном искусстве. И семь разных точек зрения на пейзаж родной страны.

В пространстве, поделенном стенами, зритель путешествует по России, и как лирический герой рэпера Хаски, не доедет до конца. «Панельного неба краюха» там тоже есть – первой работой, что встречает посетителей «Нового пейзаже», что будет пейзаж Александра Гронского с «хрущевкой» и березками.

Далее идут медитативные пустынные пространства, увиденные все тем же Гронским (автор мастерски играет с пятнами цвета и композицией); источающие ледяной холод фотографии Лизы Фактор о постсоветском Севере; интровертная черно–белая серия Владимира Нистратова, исследующая границу города и села; симпатичный и человечный проект о любительском футболе (будьте уверены, в футбол играют везде, от Мурманска до Владивостока); знойное пейзанство Анастасии Цайдер с буквально лезущей из кадра зеленью, захватывающей здания.

Центральными на выставке, по крайней мере, концептуально, стали серии «Палимпсест» Максима Шера и «Деревья, автомобили, фигуры людей, различные типы ограждений» Петра Антонова. Оба автора обратились к банальным сюжетам и повседневным ландшафтам, на которые художник и обращаться вроде бы не должен. Площади у торговых центров со спешащими на остановку людьми, советская неоклассика, обшитая сайдингом, уродливые бизнес-центры, выросшие подле тех же «хрущевок» – в обоих сериях видна фиксация момента этого «нового пейзажа», но и попытка его понять и принять.

Максим Шер признался, что во время съемок «Палимпсеста» чуть ли не сроднился с встретившимися ему невзрачными постройками и абсурдными нагромождениями в российских городах. Эта ситуация – сближения, сроднения – необходима не только автору, но и зрителю. Иначе на всех трех выставках он увидит лишь набор картинок. На одних гора, на других – призраки, на третьих – пустота.

Выставка «36 видов» работает в «Доме Метенкова» (ул. Карла Либкнехта, 36) до 27 мая, 24 марта Федор Телков проведет там творческую встречу. «Призрачный дом» можно будет увидеть в Центре фотографии «Март» (ул. 8 марта, 1) до 13 мая. Работы авторов «Нового пейзажа» будут висеть в Арт–галерее Ельцин Центра до 27 мая, причем там приготовили обширную публичную программу со встречами и лекциями.